понеділок, 1 листопада 2004 р.

Перший (Старий) Статут Великого князівства Литовського 1529




[ПРАВА ПИСАНЫЕ ДАНЫ ПАНСТВУ
ВЕЛИКОМУ КНЯЗЬСТВУ ЛИТОВСКОМУ,
РУСКОМУ, ЖОМОЙТСКОМУ И ИНЫХ...]

Права писаные Старого Статуту и даные Великому княжству Литовскому, Рускому, Жомойтскому и иных через наяснейшого пана Жигимонта з Божее милости Короля Польского, Великого Князя Литовского, Руского, Пруского, Жомоитского и иных многих.

Мы Жигимонт з ласки Божее Король Польский, Пруский, Жомойтский, Мозовецкий и иных, маючи собе достаточное умышлене умыслом добрым и з ласки нашое господарское хотячи обдаровати правы хрестиянскими, всим прелатом и княжатом и паном хоруговым, вельможным рыцером повышоным шляхте и всему поспольсту и их подданым, а тубылцом земли Великого князства Литовского, которого бы колвек стадла и стану были, вси их права и привиля костельные, так латинского закону, яко греческого, теже и светские, которые от памети королей и великих князей от неколи отца нашего Казимера и брата нашего Александра предков наших за живота их на которые бы колвек добра и вольности мели мают под которою колвек датою латинскою або рускою даны вольности в собе замыкаючи справедливе слушные справы вышли даны взычены, которые хочем так мети моцне якобы в тые листы наши слово от слова были выписаны, которые словом нашим господарским и под присягою нашею телесною на светую Евангелию вделаны, держати и ховати слюбили есмо какже обецуем и слюбуем во всих их положеных обычаех и артыкулех з ласки с цноты и щедрости нашое умыслили есмо потвердити и вмоцнити, также потвержаем и вмоцуем сказуючи их мети моцны вечными часы.

Роздел первый

1. Господар шлюбует никого не карати на заочное поведанье, хотя бы ся тыкало ображеня маестату его милости. А хто бы теж не справедливе на кого вел, сам тым мает каран быти.

На первей преречоным прелатом, княжатом, паном, хоруговым, шляхтам и местом преречоных земель Великого князства Литовского, Руского, Жомойтского и иных дали есмо: иж на жадного чловека выдане або осоченье явное або таемное подозренье неслушное тых княжат и панов хоруговных, шляхты и мещан карати не хочем а ни винити которою колвек виною пенежною, кривавую нятством або отнятием, нижли бы первей в суде явным врадом права хрестиянского коли повод и отпор очивисте стали и остаточне были поконаны, который по суде и таковом поконанью подле звычая прав хрестиянских мают быти караны и усказываны подле тяжкости и легкости выступков своих. И теж коли бы хто обмовляючи кого-колвек ку соромоте або ку страченью головы, а шло бы о горло або именье або о которое колвек каранье, тогды тот хто на кого помовит а доведет, тым караньем сам мает каран быти.

2. О зражене маестату господарского, а то с том хто бы до земли неприятельское втек.

Хто бы колвек с подданых наших втек с панства нашего до земли неприятелей наших, таковый кождый честь свою тратит, а имене его отчизное и выслужоное, и купленое (переходить) ни детем, ни ближним – только на нас господаря.

3. Хто бы в кого именье купил або закупил, а тот потом до земли неприятельское втек.

Коли будет оный человек перед вчинком оного злого вчинку, будучи еще в панстве нашем, продал або запродал какое имене кому, а будет ли он тое рады его не ведал, а на том право поднесет, мает он купленое або закупленое от него имене с покоем держати. А пакли не хотел присягнути, тогды и тот свое имене власное и тое купленое и закупное тратит.

4. Естли бы отец от детей втек до земли неприятелское, также и который близкий.

Теж уставуем: естли бы отец втек от детей до земли неприятельское, а дети оставил по собе и не были бы (діти) дельные, тогды таковое имение спадывает на нас господаря, бо чрез выступ отца их власного вже они сут отдалены от именя их, и хотя бы и лет (повноліття) не мели. Тым же обычаем естли бы который прирожоны брат або дядко, або который бы колвек з роду втек до земли неприятельское, тогды дельница его спадывает на нас господара а ближни жадны к тому ни чого немает. А естли бы теж, хотя сын власный был у отделе от отца, а втек до земли неприятельское, тогды его делница не спадывает на отца ани на братю, але толко на нас господара. Леч ести бы сынове были делныи от отца свого, а отец бы втек, а они воли отца своего не ведали, а смели бы ся с того вывестися присягами своими телесными, тогды они части свое не тратят, нижли толко тая часть отцовская спадывает на нас господара. Тым же обычаем и брати, естли бы были дельные, а брат втек, а они б о том не ведали а ни его выправляли, а смели бы то вывестися присягами телесными, тогды они частей своих не тратят, леч втолько того брата часть, который втек, спадывает на нас господаря.

5. Хто бы листы або печати господарские фальшовал, чим мает каран быти.

6. Хто бы врадника або посла господарского не учстил, чим мает каран быти.

7. Не мает нихто ни за кого терпети, але кожды сам за себе.

Теж ни о чий колвек вчинок жадный иный не мает быти каран и сказыван, только тот который винен. А ведже завжды врад, права хрестиянского заховаючы, судом не поконавшы, не мает быти каран, то есть: ни жона за выступ мужа своего, а ни сын за отца и таке ж а ни жадный прирожоный, а ни слуга за пана.

8. Хто бы за мало много упросил, а побрал без данины.

9. Всих у Великом князстве Литовском одным правом мают сужоны быти.

Теж хочем и уставляем вечными часы быти хованы: иж вси подданые наши, так убогии, яко и багатые, которого бы колвек ряду або стану были, ровно а одностайно тым писаным правом мают сужоны быти.

10. Листы с канцеляреи ку отвлоченю права никому не мают даваны быти леч в причинах слушных.

Теж обецуем иж листов заповедных справедливост людскую яко колвек постерегаючы от сих мест на потом до жадных судов давати не будем, а ни потомки наши будут давати, окром толко трех члонков: первое, колибы хто о реч посполитую в неприятелей ваших в нятстве был, другое – коли бы хто был на службе земской посполитое речи в панстве нашом, третее – коли бы хто правдиве немоцен был; тогды тот, который не стал, мает на другом року присягнути, естли справедливе немоцен был. А у инших пригодах, кром тых члонков, врадницы наши земские и местские таковых листов заповедных ку кривде одное стороны одержаных неповинны быти послушни, а ни мают приймовати.

11. Листы отворотные кождому мают ворочаны быти.

А хто бы листы отворотные наши о жалобе своей до кого принес, буд до князя або до пана, або до державцы, або земенин до земенина, а хто бы колвек их оный лист отворотны прочотши в себе загамовал, а оному за се вернути не хотел, тогды таковы упадывает у вину господарскую, королю его милости – дванадцать рублев грошей. А вшакже листы слушным обычаем мают даваты быти або через королевского дворанина, або в повете перед вижом поветовым, або перед людми сторонними шляхтою, або иными годными веры. А вед же виж ся мает сторону мети.

12. О листы господарские заповедные, естли бы хто оных не дбал.

Теж уставуем, естли бы хто с ким право мел о землю або о ловы, або о сеножати, або о бортное дерево, а естли бы оный, под которым правом зыскано, недбаючи о суд и листы оному суседу своему, в тых выше писаных речах, через право кривду делал, а в тое ся вступал, а оный бы ся втек до нас господаря и взял лист под закладом господарским нашим, иж бы боле через суд в то ся не вступал, тогды на таковом мает моцно тот заклад свой справити, а оному приказати шкоды оправити, а того подле суда первого моцно увезати. А без бытности нашое панове-рада наши тым же обычаем мают заклады давати и по тому справовати.

13. Хто бы выпустил с казни осажоного злочинцу або виноватого.

14. Которые ся вспоминали за короля Казимера и за Александра, тым обецуем господар справедливость чинити.

Теж которые се колвек за живота отца нашего на права свои справедливости жадали, а за Александра короля упоминали и листы упоминальные отца и брата нашего вказали, тым хочем и будем повинни с порадою (панів)-рад наших всякую справедливость чинити без отволоки. А от права теж ничого брати не маем; так же и рады наши. А ни маем стати из зычности при одной стороне, але просто кождому справедливост давати будем повинни. А вшакже жадного впоминанья не мает довожоно быти жадным иншым обычаем, а ни светки, одно листы нашими або врадников наших.

15. Хто чого был в держаньи за Казимера короля и за Олександра, а о то нихто не вспоминал.

Теж уставуем княжатом и паном хоруговым шляхте, хто бы держал именье и люди, и земли за Казимера короля во впокои, а о том до короля Олександра будет нихто ся не привпоминал бы и добре таковы листов на то не мел, тогды то во покои держати мает и волную моц мает именья своего третюю част отдати, продати, даровати и в пожитки доброволные привести. А вед же их продати и променити, и отдати, и записати мает пришодши обличне перед нас господаря, а без бытности нашое, панов воевод и маршалков наших земского и дворного и старост наших, в котором повете хто з них будет, и дозволене у них узяти.

А панове воеводове и маршалки, и старосты наши, кождый у своем повете, не мают казати болше брати толко от чловека по два гроши, а от десети бочок земли по грошу, а от десети воз сеножати по грошу. А за листы дозволеными панов воевод и маршалков, и старост наших мают кождый с них куплю свою держати яко и за листы и дозволеными нашими.

А што ся дотычет данины нашое господарское, тогды не мает продано быти, ани отдано перед паны-радами и маршалки, и старосты нашими нижли перед нами господарем з волею нашею господарскою. А естли бы хто выше третее части отдал або продал кому на вечност, тогды тот, кому отдано або продано, або даровано, одержати не мает нижли пенязи што за што дано будет мают ему отданы быти. А естли бы пенязеи дано выше сумы, нижли третяя часть стоит, тогды тот мает взяти толко пенязей своих третяя часть стоит, а достол пенязей тратит.


16. Две части именя волно в пенезях заставити толко не на вечность продати.

Теж дозволили есмо третюю часть именя продати на вечность. А вшак же естли б была потреба на службу нашу земскую пенези, тогды может и тые две части заставити в толку, за што бы тые части стояли одно ж над выш того не мает брати, а ни теж вечне от ближних может отдалити. А естли бы и тые две части хотел кому заставити, тогды не мает болшей взяти, только чого тые две части стоят, тогды ближшы не повинни больш дати, одно чого стоят тые две части, а што будет того вышше дано, тот мает тратити тые пенязи што вышшей неслушно дано.

17. Хто бы кому тестаментом або листом отписал и обявил перед господарем и паны-радами, то мает вечне держати.

Уставляем теж и допущаем с порадою рад наших: иж коли бы хто в добром здровью своем перед маестатом нашим або перед некоторым врадником оного повета, под которым седит, очевисто ся поставивши и отписал кому другому тестаментом або записом третюю часть именя свого отчизного або материстого, котрому тое имене отписано, мел бы на то листы наши або врадника нашого поветового дозволене, тогды таковый тестамент або листы мают моцно держаны быти. А естли бы хто отписал без дозволеня нашого або врадника нашого поветового третюю часть именя свого, будучи в хоробе своей, а светки бы на то были годные, таковый лист мает держан быти; а однако ж по смерти того того мает для ближних тот лист в нас господдаря або панов-рад потвердити.

18. Што бы кому через лист дано, а он бы листу того не вживал, а в молчании десет лет был.

Уставуем теж иж кожды таковый, хто бы кому через лист што дал або записал под слушным свемомом або перед врадником на которую колвек реч, а тот кому записано молчал десет лет и записов своих не вживал, таковы записы по пройтю давности десет лет жадное моцы не мают мети, а тот которы то держал и поживал, через давность земскую мает вечне держати. Нижли бы хто под давностью земскою о том позвы ся упоминал а молчанем речи своее не опустил, тогды таковой давностью не тратит. А вшакже кому бы записано, хто бы лет своих дорослих не мел, тогды такову в молодости давность не исходит, олиж от лет до дорослых. А то есть лета дорослые: младенцу, осмнадцать лет, а девце – петнадцать лет. А ести бы хто в чужой земли был, тогды теж тому давност не шкодит, нижли от того часу как с чужое стороны к земли приедет, иж бы давности земское не омешкал.

19. Хто бы за Казимера короля которое имене во впокою мел, а за Олександра короля не впоминал нихто.

И теж хто бы которое имене або отчизну за короля Казимера во впокою мел, а за Александра о то нихто ся не впоминал, тогды мает во покою держати. А хто будет искати земли а ему корол даст, не мает оного ничого толко так, как господар дал, того мает искати. А ести бы хто тую землю в него отнял, а держал то за Витовта, Жигимонта и Казимера, тот и тепер мает то держати.

20. Хто бы кому на честь приганил, четвертого року справедливость вчинена мает быти.

21. Хто бы новые мыта установлял.

Теж приказуем: абы жаден чловек в панстве нашом Великом князстве Литовском не смел нових мыт вымышляти а ни уставляти ни на дорогах, а ни на местех, а ни на мостах и на греблях, и на водах, а ни на торгох в именях своих, кроме которые были з стародавна уставленые, а мели бы на то листы предков наших великих князей або нашы. А хто бы колвек мел уставляти нове мыта, тогды тое имене, у котором уставил, тратит и спадывает на нас – господаря.

22. О вызволенье от платов и от подвод, и от робот людей новых кроме стародавных звычайных обычаев.

Хочем абы вси посполито кмети и люди подданые княжат и панов хоруговых шляхты, бояр и мещан тых земель Великого князства Литовского кождого дани плаченья и податку серебщизною званого и теж дяклу и от всяких беремен повозовых которые подводами зовут и от везенья каменья, дерева або дров ку паленью плиты на городы наши от кошеня сена и от наших справедливых работ выняты были и до конца вызволены. И хочем при целости заховати здавна звычай обучай подымоване стацей на станех стародавна звычайных, мосты старые поправляти и там же на тых старых местех делницы свои знову будовати мостов новых будованья и подвод под гонцы наши даваня где з стародавна сут.

23. Хто бы напротивко выроку господарському мовил.

Если бы што господар с паны-радами нашол и сказанье свое господарское вчинил, а хто бы хотел на противко выроку господарському быти и за се тую ж реч мовити и ку праву позывати, тогды таковый будь какого стадла, так вышшого, яко и нижнего, мает у везеню сидети шесть недел и до скарбу господарського пред ся мает дати дванадцет рублев грошей, а тому, кого через право позовет, шкоды оправовати.

24. Хто бы под ким што упросил, а ему на перед дано и в привиля на перед описано, таковый за привильи первыми зостати мает.

Теж, если бы хто собе под кем упросил и в привили то собе выписал, а в того под ким бы то собе упросил первей было у привили его выписано, и то ему потвержоно, и того колко лет поживал и в держаню был, тогды таковый першы привилей або лист умоцнен и мает держан быти, и поживати того подлуг первшое даты и потверженья того привиля, а тот последни лист або привиле ни у вошто мает обернен быти. Естли бы теж хто собе которую реч упросил и в листе то собе описал або потвердил, а того в держаньи не был до десети лет, тогды таковый потом вжо и тому прити не может и лист его на тоеж ни у вошто мает обернен быти.

25. Будучи в Польщы не маем ничого никому давати а ни привилев потвержати.

Теж уставуем: иж от того часу мы и потомки наши будучи в панстве нашом, Короне Полской, не маем никому ничого в панстве нашом – Великом князстве Литовском, именей, людей и земель давати и первых данин, кому будет (вже) дали, потвержати, нижли мы сами и потомки (наші), будучи у Великом Князстве (Литовському), подданым нашим маем давати и обдаровати подлуг их заслуг, и привилев на вечную речь не маем инде никому давати, олиж кгды будем весполок с паны-радами нашими на вальном сойми. А так, ести бы хто после тое уставы нашое, яко колвек в нас люди и земли, кгды будем в Полщи, упросил або первую данину нашу привильем нашим потвердил, таковые листы и привиля наши ни у вошто оборочаем и не маем их сами держати и потомки нашы (також). Нижли што ся дотычет купли – кождому везде, и у панстве нашом (у) Коруне Полской будучи – маем то потвержати.

26. Ездечи дорогами, по дворам господарским не мают ся становити.

27. Устава давности земское.

Теж уставуем давность земскую от выданя прав: иж кожды, якого колвек стадла, вышшего и нижнего, речи своее от именя або о земли молчал чрез десет лет и приупоминаня (великого князя) на то не брал, таковы реч свою тратит и о то вечне молчати мает.

Роздел вторый
О обороне земской

1. Повинны каждый войну служити.

Уставуем с призволенем рад наших суполных и всих подданых: иж кожды княз и пан, и дворянин, и вдова также и кождый сирота, лет супольные маючи або не маючи, и всякий оный человек, земское именье маючи, часу потребы с нами и с потомки нашими або при гетманех наших повинен войну служити и выправляти на службу военную, колко бы, коли надобе было подле уфалы земское, яко на тот час будет потреба указывати, тоесть з людей, так отчизных, как и похожих, и з именя, так отчизного, как и выслужоного, так (і) купленого, кроме хто бы от нас держал в заставе именье нашо. Тогды, тот з людей наших повинен будет выправовати подле уфалы, которая на тот час будет уставлена, пахолка на добром кони, што бы конь стоял за чотыри копы грошей, а на нем бы панцыр а приблица, а корд и повеза, а древцо с прапорцем. А который боярин або мещанин не мает у своим именицы (людей) так много яко устава будет, тот мает сам ехати и служити подле важности имнея свого, а которы пан не мает ни одного чловека, тот мает сам ехати как могучи або как за наглою ґвалтовною потребою листом нашим господарским поставлено будет. А на местцу менованом, часу через листы наши положоном, мает ся очевисто ставити и дати ся шиховати и пописати ся гетманом нашим на оный день, который через нас або через гетманы наши к тому шихованю и попису будет положен и выволан.

А коли бы было колько братьи недельное, тогды с них годнейший з именя их сумесного один межи ними мает войну служити тымже обычаем, как вышше поставлено. А тую уставу подданые наши мают держати до десети лет, а как десет лет выдет, тогды кожды мает военную службу служити подле можности своее, как и перед тем служили.

Хочем теж мети и вставляем абы уси мещане и подданые наши часу навальное потребы и з иншими людми нашими земскими войну служили або з дозволеьем нашым на войну выправляли. А хто бы колвек с тых выше мененых войны не служил або приехавши на рок не пописал ся, а хотя и пописал ся а шиху не дождал, або и шиховав ся, а без воли гетмановы поехал проч, тот имене своее тратит под тым обычаем, яко войны не служил ...

2. Вси повинни становитися под хоругвою своею поветовою.

Хоче теж и приказуем грозно абы вси подданые наши военную службу повинни не инде бы ся шиховали, а ни ся инде становили парсонами своими, толко под хоруговю поветовою в котором повете сут осели, кроме росказанья гетманского. А ести бы который с них службу мел в некоторого пана рад наших або врадников, або теж в кого оного, тот будет повинен местце свое (у війську зайняти) подле пана своего, которому прислухает; ким-(небудь) иным, войны не повинным, опустити и омешкати не смел под страченем именя своего.

А которые с подданых наших мають у в инших поветех розные именя свои, тот мает в повете своем том со всим почтом з именей купленых и выслужоных, и отчизных, и з женнего имненя стати в котором повете будет его имене отчизное головное. И теж которые слуги князские и панские маючи под князми и паны именя, а другие именя под господарем покупили, тогды в час потребы, оставивши пана своего, мают ся подле хоругове становити для тых именей своих, которы под королем покупили. А естли бы хто таковый под хоруговью, под которою имене купил, стати не хотел, тогды тот имене на господаря тратит.

3. Духовные з именя закупного повинни сами парсунами своими на службу господарскую ехати.

Теж, коли бы который духовный имене закупное держал, тогды з именя закупного повинен будет сам своею парсуною, подле уставы нашое, на службу господарскую и земскую ехати. Естли ж который духовный будет мети имне дедизное, тогды повинен з именя дедизного на службу нашу и земскую военную выправовати, а их парсоны будут на ласце нашой господарской.

4. Кождый по шиху на том почте при господаре або при гетмане служити повинен.

Теж уставуем: иж кожды подданый наш шиховавши ся и пописавши ся обычаем выше писаным с тыми конми и со всим статком, котрым ся шиховал … повинен будет войну служити на тех же конех, слуг и статку своего, с котрым ся шиховал и пописал, не мает з войны (їх) отсылати аж до роспущеня суполного войска ношого.

Который колве бы подданый наш то смел вчинити против тое нашое уставы, будет ли оселы, тот имене тратит, (за тим же покаранням) как бы на войне не был; а естли бы тое учинил пенези бравши и человек неоселы – таковый каждый честь свою тратит, якобы з битвы втек.

А пописавши кождого коня мает написати в шерсть и клеймо его у реестр намалевати. А станы свои вси поветники мают у одном месте при хоружом мети, а розно немают стояти.

5. Который немоцы своее не может на войну ехати, мает перед гетманом немоц свою оповедети.

6. Естли бы хто мел сына который бы мого службу земскую заступити, мает гетману оповедити естли будет годен.

Пакли бы хто был здоров, а мел сына, который от него неделил а ни теж служит у двора нашего господарского, а будет тому осмнадцать лет, он може за отца на войну ехати, а мает сам же с тым сыном до гетмана нашего ехати … А пакли бы тот сын не здался гетману добре годный, тогды сам отец мает на войну ехати.

7. Естли бы хто замешкал року войны и на рок положоный не приехал без жадное слушное причины.

8. Гетманове не мают казати болш брати от попису войска нашего писаром своим, толко от коня по полу грошу, а роспускаючи (військо) не мают ничого брати.

9. Которые будут посланы над заставою старшими.

10. Хоружие не мают земян осаживати дома а ни по шихованю отпускати.

11. Кождый без ведома гетманского не мает з войны проч ехати.

12. Сторожи военное хто бы негаразд досмотрел.

13. Кого пошлют в заставу абы был там на рок, а он на рок положоный там не будет.

14. На войне будучи не мает нихто на домы и гумна шляхетские наежджати.

Теж уставуем: хто бы на войне будучи, который шляхтич наежджал на дом шляхтича або на гумна котрого шляхтича, або едучи на войну по дорозе грабил, а переведено то было на него што пограбил або пошкодил, тогды иле крот будет тот на дом або на гумна наежджати, або по дорозе грабити, тот за кождым своим наездом и по дорозе бранем мает ґвалт платити.

15. Коли бы кому стацей недостало на войне, буд на самого и на кони его.

Кому бы недостало будучи на войне стацей и самому ести, и на кони его, тогды тот з вижом гетманским где ехати або поити, або взяти потребу живности собе и на коня, а то мает заплатити водлуг уставы положоное. А дрова мають брати где будут стояти, нили домов разбирати и плотов жечы, и ставов волочити, и спускати, а ни жит ни ярин не мают топтати а ни травити. А ести бы хто таковую шкоду учинил, тогды мает гетман наш таковых в ланцуг сажати, а пред ся оный тую шкоду мает оправовати и ґвалт платити.

16. О наход або гвалт военны.

Роздел третий
О свободах шляхты и о размноженью
Великого княжства Литовского

1. Господар шлюбует панства его милости Великого князства Литовского и панов-рад ни в чом не понижати.

Теж коли Пан Бог усхочет зичити и допустити нам панства иного также и королевства, тогды панства нашего, Великого князства Литовского, и рад наших ни в чом не вменшым, але ото всякое легкости и пониженя, яко славное памети отец наш чинил в часу щасного панованья своего, стеречы будем.

2. Господар шлюбует розмножати Великое князство Литовское и што не добре разобрано ку панству привернути.

Теж добра Князства того Великого Литовского не вменшим, але што будет несправедливе отдано и неслушне разобрано и упрохано, (у) власности того Князства приведем и привести хочем.

3. Держаней и чести чужоземцом не мають давань быти.

Теж шлюбуем и обецуем: иж в землях наших того Великого князства земель и городов, мест и которых колвек дедицтв и держанья, и теж которых колвек урядовчестей и достойности жодному обчому але толко прирожоным а тубыльцом тых земель наших, Великого князства ... будем давати ... в держанье и жаловане.

4. Врады старые мают захованы быти подле давнего обычаю.

Теж уставуем: ачколвек права писане дали есмо земли Великому князству Литовскому, а вшакже старых врадов воеводства Виленского и воеводства Троцкого и иншых воевод, кашталянов и канцлерства, маршалства земского и маршалства дворного, и староств, и вси врады наши ничим не вменшаем. Мает ся кождый с них у своем повете справовати и судити, и радити, и детских своих всылати и врадов своих уживати подле давнемо обычая. Одно – судити мают тым писаным правом.

5. Держаня на причины заочныя не мают отиманы быти.

Теж державцы дворов наших и тивунови на причины заочне через нас не мают быти никому отниманы. Але коли бы который з урадников, яко роспорошитель а шкодник двора нашого в нас был обвинен, обоя сторона мает перед нами очевисто стати, а выслухавши тую реч, винный подле заслуги мает каран быти, але без вины держане отимати не будем.

6. Господар шлюбует вси уфалы старые держати, а новые с паны-радами прибавляти.

И теж о захованье старых привилев земских и звычаев которые в тых привилях описаны, потвержоны и уфалены абы нових деланю або множеню, што бы ся мело причины и нашому и речы посполитое пожитку з ведомостью и порадою и с призволенем рад наших, Великого князсва Литовського, ради оправовати будем.

7. Вольности княжатом и панятом, шляхтам и мещаном господар его милость шлюбует в целости заховати.

Слюбуем своею персоною господарскою иж всю шляхту, княжата и паны хоруговые, и вси бояре посполите, и мещане, и их люди заховати при свободах и волностях от продков наших даных им, и теж от нас.

8. Вольности выитя из земли господарское для выученья учинков рыцерских до всяких земель, кром земель неприятельских, всим господар его милость дозволяет.

Теж узычаем: абы княжата и панове хоруговные, шляхта и бояры преречоные мели волную моц выйти с тых земель наших, Великого князства Литовского и иных, для набытя лепшого щастья свого и навченя учинков рыцерских до всяких земль чужих, окром неприятелей наших. А вед же так абы з добра их выходячих службы наши не были бы омешканы, але нам ... были бы чинены колько крот надобе было водлуг уставы земское.

А ести бы сын поехал по рыцерству, а отца по себе оставил и отец бы умер, а не оставил по себе опекуна в именях, тогды господар мает уставити опекуна на тые именья хто бы земскую службу заступил и для приеханя сына або брата не тратить (служби).

9. По смерти отцов сынове и дочки отчизны отдалены быти не мают.

Теж по смерти отцов дети – сынове и девки – (від) добра отчизного и дедизного не мають быти отдалены, але добра их, щастки и волности суполным правом посядут, яко княжата (так) и панове хоруговые, шляхта и мещане Великого князства Литовского посядают и на пожитки свои оборочают.

10. Простых людей над шляхту не маем повышати.

Теж не шляхту над шляхту не маем повышати, але усю шляхту маем заховати у их почтивости.

11. О звод шляхетства.

Теж уставляем: ести бы хто кому рек иж бы не был шляхтич, тогды тот, хто выводит ся, мает поставити з отца и матки два шляхтича, а тые мают присягнути. А пак ли ся будет род звел, а он тубылец, тогды бояр шляхту околичних, которые бы знали его иже ест шляхтич, мает поставити. И мают тые бояре, которых он поставит, при нем присягнути иж он ест з роду шляхтич.

А пакли бы который чужоземець приежджий был чловек, тогды мает ехати до земли своее отколи ест. Там мает перед врадом вывести шляхтство свое. А ести бы валка с тое стороны была, отколе он ест, тогды мает поставити двух чловеков шляхтичов, которое с тое стороны будут отколе он, и мают при нем присягнути аж ест з роду шляхтич. Тыми мает ся вывести (своє шляхетство).

12. Хто бы кому приганил а назвал его иж ест нечистго ложа сын.

Теж уставуем: коли бы хто кому приганил: “Ты еси злого ложа сын”, а того бы на него не довел, тогды сказуем иж таковый мает того нагабаня судом очистити под тыми словы рекучы: “Што есми менил на тебе иже бы ты был злого ложа сын, менил есми яко пес”. А вшак же тым обычаем мает быти перевожоно на бенкарта ести бы отец власный был отрекся его и вызнал иж тот не его сын або у тестаменте отписал отдаляючи его от своего именя, або теж з невенчальною жоною мел. Тогды таковый мает быти поличон за правого бенкарта, а иным ничим не мает на него довожонобыти. А однако ж при при мачосе и отец не мает сына от именя отдалити и бенкартом вчинити, кгды при матце за сына мел.

13. Ести бы хто кому приганил о шляхетство, а за се сам запрел.

14. О бой шляхтича, хто бы его збил.

Ести бы шляхтич шляхтича збил, тогды, водле обычая прав, дванадцат рублев грошей. А коли простый хлоп або мещанин шляхтича собьет а рукою на него сягнет, а окровавит его а он бы на него правом перевел, тогды иным ничим не мает каран би только руки утяти, а вшакже мещанин, который бы не был радою. А естли бы мещанин был радою а збил шляхтича, тогды также мает навязывати дванадцат рублев грошей, а руки не тратит.

15. Естли бы шляхтич выслужил под паном або под князем, а хотел с ним проч пойти.

Коли бы который с подданых наших на ком выслужил, на княжатах або на ком ином имене лежачое, тогды имене оное зоставивши оному пану своему або потомкам его, подлуг листов его на то ему даных, вольно будет и потомкам его отити проч куды хотя, нили тыми листы ему даными выражоно было, иж бы мог с тым именем служити кому хотя. А ести бы хто таковый лист слузе своему дати хотел, тогды мает созвати людей добрых, сторонних, под своею печатю и под печатми и добром своим сведомом людей добрых мает дати и сам же тот пан мает або сам, або через лист свой нас просити абыхмо ему то потвердили, таковый лист буден держан.

А ести бы тот, который выслужил имене на пане своем, а по смерти пана своего, на которым он выслужил, дети того пана делити ся не хотели, а тот, у тот час коли ся они будут делити, не приупоминал а листа не вказывал, а тот пан будет ли ему того в нас листом нашим не подтвердил, а они ся поделят, тогды таковый лист моци не будет мети, иж замолчал, и спадывает тое имене за се на отчица, а тому мает служити, кому и делу достанет. А ести бы не хотел служити, тогды мает имене подати с тым всим, с чим ему дано, а самому пойти со всими его статки.

16. Хто бы не учстил листов и старост або теж державец наших, чим таковый мает каран быти.

17. Корчмы покутны мают от воевод браны быти.

Роздел четвертый
О поглавли женском

1. Ести бы хто хотел вено записати жоне своей.

Теж уставуем: ести бы хто хотел вено жоне своей записати, тогды мает ошацовати вси именя свои и на третей части, чого стоит, мает совито против внесеня записати вено жоне своей так, як бы сума не переносила тое третее части, чого стоит. И кгды будет тая жона его на третей части именя вено отписано от него мети, а он потом умрет, а дети по себе оставит, а тая жона потом за другого мужа пойдет, а дети усхотят ли ее с тое третее части за живота ее веновати, тогды мают ей всю суму пенязей, яко будет в листе описано, заплатити, то ж тое имене к своим рукам мети. Ести ж бы дети будут ждати смерти матки тое своее, того именя за живота ее з рук не всхотят викупати, тогды повинни будут толко унесене ее, которую суму пенязей внесла в дом их, по смерти ее заплатити тому, кому она отпишет. А привенку, што будет записал отец их на противку внесеня ее, совито того не повинни платити. А она теж не мает никому привенка отписовати, кром волна будет отписати внесене свое.

А ести бы тот муж детей по себе не оставил, тогды близкие в том по тому ж мают справовати. А волно теж будет мужу отписати жоне своей вси свои рухоме речи: злато и сребро, шаты и иные речы, кром зброи, а стада и челеди неволное, и быдла дворного – третюю часть, бо не ест реч рухомая, але при имене лежачое. А пак подле тое уставы нашое мают заховати вси подданые наши и на потомне часы.

Хто бы на звыш тое уставы нашое вчинил, а што неслушного жоне своей записал, таковых записов не хочем моцне мети мы сами и потомки наши великие князи.

А вшак же ести бы хто с подданых наших хотел дочку свою дати за кого и за нею мел дати которую суму пенезей, тогды первей мает смотрети ести бы того зятя его стóяла третяя часть именя совитое сумы пенезей, на чом мел бы веновати дочку его. Пакли бы третяя часть именя его тое сумы пенязей совито не стояла, тогды он, нехай, купивши за тые пенязи имене и потом дочце своей, зятю своему дал, а он дочки его веновати не будет на чом мети, таковый пенязи трятит.

2. О вдове, которая сидит на вдовем стольце. А будет ли венована от мужа свого, а сынове мают доросле, тогды мает осести толко на вене своем, а сынове мают припущоны ко всим именям.

Вдова, которая седит на вдовем столцы, а будет ли венована от мужа свого, а сынове мают доросле, тогды мает осести толко на вене, а сынове мают припущоны быти ко всим именям и скарбом отцовским, которые мают службу земскую заступати. Пакли не венована будет от мужа свого, тогды мает во всем ровную часть от детей дорослих лет своих мети у скарбах и у именях рухомых и лежачих.

3. О пусте вдовы, которые детей не мают.

Вбачивши есмо тое иж которые вдовы пусте седят на вдовем столцы, много ся от них шкоды делает речи посполитой, а то тым – иж не бывают служоны так, як бы мели быти, и теж ближних многих именя утрачают; уставуем так, яко нижей написано. А которая вдова пустая, детей не мает, а будет ли венована от мужа свого, тогды мает толко на вене осести, а именя вси мают на ближнее спасти, А ести бы не была венована от мужа свого, тогды мает на третей части седети, поки замуж пойдет. А ести замуж не пойдет, тогды мает такиж до живота на третей части седети, а на ближние все имене мает прийти, а они службу господарскую заступати.

4. Еслти бы которая жона замужом была и дети мела, а вена оправеного от мужа не мает.

Естли бы которая жона замужом была, а вена оправеного не мела, а мела бы с ним дети, муж бы от нее умер, а она бы по мужу своем вдовою зостала, тогды мает ровную часть взяти межи детми своими у именях и в скарбах, а на оной части своей, ести бы вдовою хотела быти, мает до смерти седети, а от детей з оное части не мает рушона быти. А естли бы она хотела замуж пойти, тогды тую часть свою мает детем зоставити, а дети венца ей не повинни дати.

5. О мачесе, которая будет мети з двема мужи дети.

Тым жо обычаем и мачоха, естли дети мела з мужом своим, тогды мает с первыми своими детми во всем именьи так же ровную част мети и в скарбе. Пак ли бы мачоха не мела детей с тым своим мужом, тогды мает также с первыми детми у в именьи ровную часть мети, а у скарбах детиных не мает мети або што муж ее особли з ласки дал рухомых речей, а на той части и мачоха мает з детми до живота седети, естли бы замуж не шла. Пакли бы замуж пошла, тогды тую часть мает детем заставити, а дети венца ей не повинни дати будут той, которая вена от мужа свого записаного не будет мети.

6. Естли бы жона пуста была, детей не мела, тогды мает седети на вдовем столцы до живота свого.

Теж естли бы жона пуста была, не мела детей, а ни оправы от мужа своего, тогды мает седети на имени толко на третей части, а две части именя мают быти на близких, а она мает седети на третей части до живота своего, а по животе ее и тая третяя часть именя мает прийти на близких. А пакли бы замуж пошла, тогды мает именье, на чом была, близким зоставити.

7. Жона из детми малыми по смерти мужней мает седети на вдовем столцы до лет детиных, естли ж ся будет недобре справовати, тогды близкие мают того ее боронити правом и (etc).

Теж уставуем: естли бы который муж сходячи с того света або через тестамент полецал дети свои и именя кому колвек приятелю своему, хотя бы обчому, хотя бы опека на кого слушным правом прирожоным не прислушала, тогды оный мает в опеце мети именье и дети его, а жона мает только на вене своем седети. Пакли бы который отмер детей не полецавшы никому, тогды жона дети мает ховати и на всем именьи седети на вдовем столцы до лет детиных. А естли бы дети узросли, тогды мает ровную част взяти межи детей своих, а естли б одного сына мела, тогды мает сыну две части имене поступити, а сама мает зостати на третей части. А ести бы жона маючи дети у опеце своей, а пошла замуж, тогды стрыеве або ближние мають опекати ся детми и именьем, бо уже коли жона замуж пойдет не мает иными опекати ся, а ближние не мают ее стискати з именя венованого, али ж дети доростут лет своих, тогды дети мают у ее скупати, ести бы замуж пошла.

Ести бы которая жона седечы на вдовем столцы з детми своими, хотя бы венована або невенована, а замуж не хотела пойти, а седечи вдовою именя и скарбы втратила, люди розогнала, серебщизны и вины на себе брала, а тые бы именя пустошила, тогды мают стрыеве, а не быдет ли их, ино близкие позвати ее на роки зложоные перед господара або перед панов-рад, и таковые утраты мают на нее доводити. И ести того доведут, тогды мает господар або панове дети и имене в нее з рук выняти и подати у-в опеку стрыем або близким для ее выступу, а она, естли будет венована, мает зостати толко на вене своем, а естли бы ей вена не было, тогды мают ей ровную часть межи детми выделити, и мает мешкати на той делницы до живота своего, а по животе ее и тая часть мает на дети прийти. А ести бы стрыев або ближних оных детей не было, тогды господар або панове мают кого обчого доброго чловека к тым именьям у-в опеку уставити, который бы ее и вси именя, и дети в опеце мел и не допускал именей и скарбу тратити, поки дети ее лета свои будут мети.

8. О выправене девок замуж за живота отцовского.

Теж уставуем: иж который отец або матка умрет, а дочку свою при своем животе замуж выдаст, а иншие по собе зоставит, што будет выправы за первою дочкою дали, толко ж мают дати и другим девкам. А хоть бы не выдали девки при своем животе, леч бы выправу записали, тогды мают так выданы быти, як отец або матка записали. А естли бы выправы не дали а ни теж умираючы записали, тогды то про то мают суди все именье на суме ошацовати и за то станет четвертая часть, хотя много сынов, а одна дочка, тогды мает дати тое выправы, чого четвертая часть именя стоит, а хотя теж один сын, а много сестр, тогды теж на вси сестры четвертая часть шацунку розделити и кождой выправу ровную с тое четвертое части мает дати.

9. Отец мает от зятя наперед оправити вена ниж дочку свою замуж даст.

Теж уставуем: естли бы хто дочку свою выдал замуж, тогды мает ей первей вена оправити. А естли бы хто дочку свою выдал, а вена ей не оправил, тогды тая девка не мает венца мети.

10. О девки, которые будут выданы до чужое земли.

Теж уставуем: естли бы которая девка с панства нашого, Великого князства Литовского, пошла до чужое земли: до Полщы або до Мазовш, або до которое колвек земли, маючы именя отчизные и матерыстые в панстве нашом, Великом князстве Литовском, тогды тая девка с тым мужом своим чужоземцом не мает дедичити в тых именях своих. Тые именя ее отчизные и материстые мают прити на стрыев рожоных, а не будет ли стрыев, ино на близких ее, а они не повинни ей будут посагу дати, яко в тых правех описано девком з именей и четвертое части давати[1].

[1]У ін. списках цей арт. від слів “маючи именя” до кінця записаний так: “Маючи дедизну або отчизну, або материзну свою, и мела бы тая девка в себе братью, а не было бы братый, толко сестры, тогды тыя братья або сестры мают ошацовати тыя именя и пенезми ей заплатити чого тая часть ее стояти будет, а тую отчизну або дедизну имения власность ее мают тые братья або сестры ее ку своим рукам мети. А естли бы теж братья або сестер в ней не было, толко братья стрыечная або иншие, которые ближние, тогды тые ближние або братья ее мають ее за именя заплатити, чого именя заплатити, чого именя ее стояти будут и до ее земли, где она пошла в посаг, то дати, яко иншим девкам посагу дают у Великом князстве Литовском, а тые именя тое девки отчизна або дедизна мают приити на тых братью або сестер, або на которых колвек ближних ее, которые ей бы выправу за нею вчинили, а тая девка и муж ее к тым именям дедизным або дедизным и отчизным вжо прийти и жадное близости к тому мети не могут”.

8. О девки, которые без воли отцовское або матчиное засядут замуж своволне.

Теж уставуем: естли бы девка без воли отцовское або матчиное засела засела замуж, таковая отпадывает от посагу отчизного и материстого, и именя материстого. А естли бы одна у отца была, тогды отчизна на близких спадает.

8. О девки, которые по смерти отцовской и матчиной, недоросши лет своих, замуж пошли.

Естли бы девка зостала без отца и матки и еще не маючы лет своих дорослих, а пошла без воли стрыев або брати своее замуж, тогды таковая отпадывает от именя всего. А естли бы она мела лета свои, а братя або стрыи задержали а не хотели бы ее замуж выдати, тогды однако своеволне не мает ни за кого ити, леч мает ся до инших кровних своих або до враду. А врад або кровне мають дозволити замуж пойти, а она з волею враду або ближних своих замуж пойдет, тогды таковая именя не мает тратити, а без воли враду або близких, хотя бы лета мела, замуж пойдет, тогды имене тратит.

13. О спадок именя отчизного и материстого.

Теж уставуем: иж коли бы было неколко братьи и сестер рожоных дельных або неделных, а в том, который брат умер, тогды его дельница именя отчизного только на братью приходит. А естли бы имене пришло которым колвек спадком материстое, тогды сестра промежи брати ровную делницу того именя мает мети, а отчизного выправа.

14. Хто бы отца або матку вдарил чим, мает от отца каран быти.

Теж уставуем: естли бы сын отца вдарил або зсоромил, або которые втиски и пренагабанья ему учинил, тогды отец может от таковых сынов всю его отчизну отдалити. А естли бы отец сына от отчизны отдалил, а иншых сынов у себе не мел, тогды именья две части мают прийти на ближних, а третюю часть может где хотя там обернути. А и матки под тым же обычаем: естли бы сын або девка матку зсоромили, тогды так же матка может отдалити от своее части материстого. А вшакже тестаментом не мает отец а ни матка сына, дочки от отчизны отдалити, леч, пришодшы перед господарем або перед урадником, поведети и дати на него слушное причины, тож мает за его викуп злый записом от именя отдалити.

15. Хто бы мел дети з двема або с трема жонами.

Теж уставуем: хто бы мел с первою жоною дети, а потом кгды жона умреть и он пойметь другую также дети мети буде, тогды дети, яко первое жоны, так и другое, и трете, и четвертое, и колько их мети будет, ровную часть во всих именях его, яко у отчине, так у выслузе, и в купле мети будут.

16. Естли бы которая вдова замуж пошла[2].

Теж уставуем: ести бы которая вдова замуж пошла, а первей будучи за первым мужом своим вена оправеного от мужа свого мела, тогды вжо от другого мужа не мает вена записаного мети, нижли естли бы тот другий муж ее умер, а детей по собе оставил, тогды она мает межи детми ревную часть узяти и на ней до живота мешкали. И ести ж детей не будет мети, тогды от ближних мает зостати на вдовем столцы на третей части, а по животе ее и тая часть мает на близких прийти.

17. Естли которая вдова по смерти мужа свого зостанет без детей не повинна отказовати в суду до году жадних речей[2].

[2]Артикули 16 і 17 у ін. списках відсутні, їх додано пізніше.

18. Княгинь, паней, вдов, девок не мают ни за кого ґвалтом давати.

Теж обецуем и приказуем з ласки и щедрости нашое господарское: иж маем мы сами и потомки наши княгинь и паней, и вдов, и княжен, и панен, и девок заховати при волностях их, а ґвалтом ни за кого не маем давати без их воли, нижли кождой з них с порадою приятелей их, за кого хотя, за того волно пойти.

Роздел пятый
О опекунах

1. Опекун, яко прирожоный, так уставленый, што бы за мешканем детем упустил, дети, дошедши лет, мают правом искати.

Коли бы опекун, так прирожоный, яко и уставленый, омешканем своим за не послушенство, што упустил детем в молодых летех, тогды дети, доросши лет супольных, могут ся своего правом доискивати, на том, хто бы тое имене держал, нижли бы толко дошедши лет супольных давности земское не омешкали.

2. Опекун моцен кривды детиное у праве доискивати, а не моцен тратити.

Коли бы хто сиротам або детем лет немаючым кривда о што колвек стала, тогды опекун именем моцен ест в праве того ся доискивати, але не моцен ничого детиного тратити, бо если бы он што стратил, тогды дети, коли доростут лет супольных, могут ся доискивати подлуг того, яко вышшем артикуле выписано. Теж волно им будет, коли доростут лет супольных о всякие кривды, которые бы опекун в праве ничого не вчинил, перед врадом своим доходити, толко бы лет давности земское не омешкали.

3. Хто бы детей до суда позвал лет не маючых – не повинны до лет отказывати, а суд мает то им обложити до лет.

Коли бы хто детей лет немаючих до суда позвал о именя как отчизну и материзну, и о купленину, и о выслугу, тогды уставлям иж тые дети а ни опекун не будут повинни отказовати в суда, але суд выроком своим мает тую справу до лет детиных зупольных отложити и завести. Которые ж дети, коли лет своих зупольных дойдут, будут повинни о тое в суда стороне которая жалует, коли будет урадне и тому позван жадною давностью, для так долгого молчанья не отбываючы отказывати, коли бы толко, той жалобник по выштью лет детиных давности земское не омешкал.

4. Брат старшый маючи именье братьи своее у опеце, а они будут ли на службе, части их без бытности их перед правом утратити не может.

Теж уставуем: иж коли бы были братья недельные, а маючи лета, а одного бы у-в имени брата зоставили, а тот брат, котрого бы у-в именьи за бóлшого поставили, будучи позван на право через которого жалобника, которое дело суместное своее брати впустил, тогды другая братья его рожоная для небытности своее не будут моцни того зысканя судового в права потом поправити, але што через брата свого впустили, вечне о том молчати мают.

А естли бы брат один лет дошедшы, а имене его и другое братьи его недорослое пришли з опеки опекуновы в руки его, а хто бы ку праву в которой колвек речи о имене або о землю припозвал, тогды тот брат лет недорослих мает перед правом отказовати не ждучи лет братьи своее и што колвек перед правом зыщет, тогды мает з братею, как лет дойдут в ровный дел поделити. Естли ж што на праве упустит, тогды теж того брати своей сам не повинен оправовати и тые братья его, лет своих дошедшы, на нем и на том, хто зыщет, не мают того искати.

5. Опекун не моцон отчизны детиное продати а ни потратити.

Уставлям теж: иж опекун не моцон есть отчизны детиное продати або яко-колвек стратити, а ни теж того именя их граничити, бо естли б инак вчинил, дети, доросшы лет своих, могут свое одержати – правом ся доискивати, а втом им давность земская не может шкодити, коли б толко лет суполных дошедши тое давности подлуг, как которой парсоне служит, не омешкали.

6. Дети, лет не доросшы, не мают перед судом отказывати, толко в чотырох речах: о выкупане именя, о поруку отцовскую, о которое дедицтво отец за живота право мел и не доконал и о долг отцов.

Теж уставуем: иж дети, не маючы лет, в той молодости и до суда позваны, только в чотырох речах повинни отказовати: первей, коли бы отец их за доброго здоровя своего которое именье лежачое в пенязях заставным обычаем держал, а ближни тое имене от тых детей выкупити хотел и позвал их для того ку бранью пенязей; повинни пенязи взяти через опекуна своего, а держанья того, именья выкупаючи, ему поступити. А другое ­– коли бы отец их кому ручил о которую колвек реч; а о тую поруку еще отец их за живота был позван до суда, тогды по смерти отцовы дети, естли бы их тот рукоемца ку вызволеню або до суда позвал, повинни ему отказовати и выбавити его с паруки, лет супольных не ждучи. Третее – коли бы отец за живота своего о некоторое дедицтво мел право а не доконал и вмер, тогды дети через опекуна повинни отказовати, а естли толко позвы позвал, а у праве не стал, тогды тая реч мает отложона быти до лет детиных, а о том дети не будут повинни отказовати не маючи лет. Четвертое – долги отца своего повинни суть платити молодостью лет своих не вымовляючися.

7. Старшый сын або первородный иный брати своей, ему неотделеное, не мает ни которым колвек вымыслом от братьи отдалити, кром своее части.

Уставляем теж: иж старший брат або первородный, который иным именьем супольным братским и своим ся впекаючы именей братьи своее ему не отдаленое, под которою колвек мерою або хитростью, або вымыслом каким колвек, кром части на него прислухаючое, задолжити, продати, заставити, отдалити, втратити не может, нижли долги родичов их записаные або с права найденые того потребовали, у которой потребе старший брат с ведомом и з волею, и с порадою старших приятелей дому своего, тогды моцон будет именья братьи своее в пенезех завести, тые долги отцовские або матчины со всих частей мают заплатити с тых же пенязей так, как же бы сума пенязей на имене братское взятая не переходила сумы долгов родичов их. А естли бы або некоторый платеж с права зысканый малый был, тогды брат старши, осмотревшы наперед живность домовую и туте ж иные потребы ку домовому господарству с цыншом и з доходов братского именя, мает тые малые долги выплатити, а останок, што назвыш было, верне брати своей мает заховати, бо естли бы так учинил, мимо тую уставу нашу, тогды таковое кождое именье братского заведаня и записы на то будучие ни во што оборочаем а не хочем тых записов моцных мети на потом.

А тая братия, которым бы именя их таковым неслушным обычаем заведено было, коли бы толко дошедшы лет своих суполных давности земское десети лет не омешкавши, могут ся того правом доискати, а тот, который бы против тое уставы нашое неопатрне пенязи дал на имене братьи без их всих суполного дозволенья, на том жестаршом брате або на его потомках мает их опять правом доходити. А естли бы хотя хто лет дорос, а был на службе у чужой земли або на науце, або в руках неприятелских, а оттол приехал, хотя бы и тая десет лет и вышшей минула, тым не тратит, нижли естли бы оттоле вышедши, а десят лет минувши, а он не припоминался, тогды тратит.

8. Которым опекуном дадут опекунство, как мают в том справовати ся.

Теж уставуем: хто бы кому дети або имене свое полецал в опеку, або жону свою, тогды тым обычаем опекуны ся мают справовати. Вземши от враду вижа того повета и при нем еще трех шляхтичов годных веры, тыми светки мают списати все имене, люди и доходы, стада, кони, челед неволную и за скарбы, золото, серебро, клейноты, пенези, перла, шаты, зброи и вси речи рухомые, и от того вижа и от тых бояр шляхты веры под печатми их вземшы двои реестра, одны мает у себе заховати а други поветови дати воеводе або старосте в котором повете. И коли дети доростут лет, тогды мают оные опекунове подле оных реестров все в целости подати и вси платы, которые з именей идут: дани медовые и грошовые, што-колвек будут за тые лета собрали, мают детем отдати, а за свою працу, што-колвек придет з пашен, з млынов и с пересудов, то мают собе опекательники на свои пожитки оборочати и службу земскую заступати и дети живити и одевати.

А с которою пашнею и чым возмет именье, с тым мает пред ся подати, а серебщины и вин опекателники и иные пожитки або скарбы потратили, або люди разогнали, а то бы на них правом переведено, тогды все подле реестру з своих именей мают детем наполнити.

9. У-в опеце маючы чужое имене, не мает (опікун) ничого с него за собою вину платити.

10. Которые екзекуторове и оборонцы почовшы тестаментом справовати и не доконавшы помрут, могут иншому опекуну тую справу подле тестамента поручити.

9. Кому бы за который выступ имне взято, а на перед будет оправа вчинена жоне его, она при первой оправе ма зостати, кроме злодейства, естли будет поспол з мужом винна.

Коли бы которому чловеку земскому о которой колвек выступ або за которым правом переведеным именье его дедизное або закупленое взято, або в долгу поданое, або осужоно, а на том бы имени первым записом жена его мела оправу свою веновую слушную, записану первей нижли бы оный виноват зостал с права, тогды тая оправа мает держана быти, окром злодейства, коли бы жона посполу з мужом краденых речей ведома была и з мужом поживала.

10. Естли бы брат брати кому имене записал.

11. Не мает нихто никому жадного спадку записати, чого в руках не мает.

12. Естли бы хто кому записал имене або землю по своем животе, а тот бы кому записано того смерти не дождал и сам наперед умрет.

Теж уставуем: естли бы хто кому записал имене або люди по своем животе, а тот, которому тая реч будет записана, того смерти не дождал, который то ему будет записал и сам наперед умер, тогды тот может тую реч иншому записати, кому воля его будет. Нижли естли бы тот жив был, а он ему записавши и потом иншому другим записом хотел записати, тогды тот первый запис мает при моцы зостати, а последний ни у во што мает обернен быти. Так теж хто бы кому имене або люди, або земли продал, а потом тот же иншому продал, тогды хто первей купил, тот мает то одержати, а тот который опосле купил, мает пенязей своих на истецех смотрети.

11. Хто колве на которую реч доброволне запис даст, тот мает при моцы зостати запис.

12. Хто бы под ким именя искал близкости, а тот бы держал именье записом слушным.

13. Хто мает моц и немает о речах своих рухомых тестаменту чинити.

Теж уставуем: иж которая парсона волна и моцна будет о речах своих тестамент чинити, окром тых парсон нижей написаных, которые парсоны про то, иж подле права не мают ничого своего волного тестаменттом никому отдати. На первей, дети лет своих супольных немаючи. Законники, будучи в законе привилиеваном принявши, потвердивши ся в законе. Сынове з отцем недельным, окром речи набытья своего власного або выслуги. В чужую моц заставлены, то ест тот, кого бы кому выдано з его статки (за злочин). Шалени, кацеры, невольники, розума отходячые, а вед же тые коли к собе приидут моцны тестаментом своим чинити.

14. О тестаментом на рухомые речы, как мают чынены быти.

А коли бы хто на речы свои рухоме або на именье, на куплю хотел тестамент чинити, тогды таковой, хотя бы теж немоцон, будет речы свои имене купленое таковое отказывати, куды хочет, как духовным персонам, яко и светским, призвавши к тому каплана або иные светки, або люди веры годные, або теж явного писара присяжного. А коли сам потом умрет, а тую волю свою остаточную смертью потвердит, а хотя бы и печати не приложил, таковый тестамент мает при моци зостати.

А пакли бы хто по вчиненю тестаменту и жив остал, волно будет кождому кождый с тых всих колко крот хочет, толко крот отменити. А остаточным с тых всих тестаментов, смертью потвержоный, врад невчиненый каждым врадом, мает при моцы зостати. А имене ему куплю тестаментом, яко и рухомую реч, может кождый отдалити и продати, кому хочет. Так, нижли хто бы хотел куплю на церков записати, мает записати тым обычаем, котрый колвек духовны тое имене будет держати, а толко мает с того жменя службу земскую конно а збройно служити водле уставы и уфалы земское. Юж от того часу уставуем: иж хто записал имене на костел, тогды с того именя так же мает служба быти, яко ипервей была. А ести бы что перед врадом або перед светками веры годными описал третюю часть записом именя або куплю, або которую рухомую реч, а хотя был жив, тогды вжо таковы запис мает вечне держати, а он вжо други раз отозвати, а ни кому иншому оное речы записывати по вторы раз не может.

19. О светкох, которые мают быти при справении тестаментов.

Теж уставуем: при тестаментах мают быти светки веры годне а неподозреные. Про то тые светки, ниже написане, светки быти не могут. На первей, тые, которые тастаментов своих чинити не могут, теж невесты и екзекуторови або опекунове того ж тестаменту, так теж тые, которым в тастаменте што описано.

20. Отец и матка не повинни детем змушенья именей записивати при животе своем, нижли по доброй воли.

Теж уставуем: иж за живота его отец детем своим змушеня не повинен именя жадного поступати, нижли по доброй воли может части его ему поступити або што воля его будет. Так же и невеста, которая будет именя свои отчизные або материстые мети, так же змушеня не повинна за живота свого детем поступати, але по доброй воли может поступити што ее воля будет.

Роздел шостый

1. О судях абы судили правом писаным, а естли бы иначе судили, чим мает каран быти.

Теж уставуем: иж кожды воевода наш и старосты, и маршалки земские и маршалок дворный, и державцы наши, кожды у своем повете, не мают подданых наших иначей судити и правовати, леч тыми писаными правы, которыя есмо всим подданым нашим Великого Князства дали.

А ести бы которой строне сужоной в том кривда ся видела, жебы не подле того права писаного сужоно, тогды, коли мы сами господар со всеми паны-радами нашими або без бытности нашое – панове-рады наши, будет где колвек на первом сойме, оный, котрому кривда в том будет, мает о том на пана врадника нашого нам або паном-радам нашим жаловати. Мы або панове-рады наши мают книги того права писаного отворити и того смотрети: естли оное право писаное так сужоно и яко есть в тых правех выписано, тогды тот суд пред ся мает держан быти водлуг всказанья оного врадника нашого. Пакли бы тот суд иначе был сужон, не так, яко есть в книгах писано права выложоного, тогды мы або панове-рада наши мают книги отворити и водле тых прав писаних, которые есмо всей земли дали, сказание вчинити.

А ести бы оного судью узнано, иж не подле права писаного всказал, мает ему шкоды и наклад оправити, а тот суд ни в во што обернути. А кому будет суд присудил або на ком што узято, то мает ему вернути без доводу. А штобы шкодовал в накладех и у стравах, на што довод слушный учинет або присегнет, то мает ему судья заплатити. А ести бы судья добре судил и сказал водле тых прав писаних, а он ему приганил, тогды тот мает ему заплатити (за) тую легкость его дванадцят рублев грошей.

А вшак же который бы з державець наших таковою речью был обвинен, таковы кождый мает при-позван быти перед воеводу повету свого и будет повинен суд свой оказывати. А ести бы хто с панов-рад наших, воевод и старост, которые не суть в поветех, так же обвинен мел быти, тогды так же мает на первшом сойме то отказовати або на року земском.

А ести бы не хотел хто стати, тогды мает от господаря або от иншых панов припозван быти, однако ж повинен будет стати и отказывати. А пакли бы хвор або на службе господарской, або пак на копе на завитом року, тогды мает быти тая реч отложона на други съем. А ести бы пак был здоров и без жадних причин стати не хотел, тогды панове мают книги отворити и тому шкоды на нем сказати водлуг того, яко выше пи-сано, и рок мают заплате положити земски четыре недели. А што будет всказано, а он не всхочет платити, тогды панове тые мают у оной шкоде у имене або у люди его увезти казати, штобы за шкоды стояло, а тот мает держати до тых часов, поки ему тую шкоду заплатит.

А которых бы артыкулов не было еще в тых правах вышей писано, тогды тое право мает сужоно быти водле старого обычая, а потом на волном сойме тот члонок и иные, чого потреба скажет, мает уписано быти.

2. В суду не мает ни хто отозвати до господаря, але повинен будет кожды один другому права достояти (у суд нижчої інстанціїі) .

3. Кожды воевода и старосты, и державцы наши мают обрати дву земянов в повете своем и ку присязе их привести, которые мают судити посполе з урядники.

За се теж уставуем: иж воеводы и старосты, и державцы наши мают кожды у своем повете обрати двох земенинов люлей добрых а годных веры и ку прсязе привести а становити тым обычаем: коли пан воевода и староста, и державца наш, коли за некоторыми справами нашими або земскими не поспевшы будут которых прав судити, тогды тые два земянины весполок з наместники и маршалки тых панов врадников наших мают того смотрети и то справовати водле тых писаных прав, которые есмо усей земли дали. И писари присяжные тых панов воевд и старост, и державец наших и теж вин и иных доходов панов своих смотрети. А без тых панов земян присяжных, естли бы обеюх не было, тогды не мают наместникове а ни маршалкове судити, нижли бы один с тых земянин вставичне при них мел быти.

4. О крывды, как мают позвы господарскими, панов воевод и старост и инших врадников ку праву позывати.

Теж уставуем: естли бы до которого князя або до пана, або до шляхтича с шляхтичов было некоторое дело, тогды мает быти позван позвы господарскими або воеводиными, або инших врадников. Пакли бы тот позваный не стал на тые два позвы, тогды мает децким поставлен быти. Пакли ж бы он был так необачный и за децким ку праву не стал або ся перед децким скрыл, вникаючи права а не хотячы права достояти, тогды мает дано быти увязане у-в имене тому, естли ся о имене правует до права, а естли бы о рухомую реч, тогды мает дано быти увязане в люди або у земли, которые будут стояти тое речы, о которую будет позывати. А кому увязане у мене або в люди, або в земли дано будет, тот мает то в целости до права держати и ни чим не мает ушкодити. А естли бы чим ушкодил, тогды то мает за се направити и в целости по праве мает подати с тым, яко ему в то увязоване. А вшакже панов[a], которые не судятся у поветех, мает позывати позвы нашими або панов за четыри недели на кождом местцу, иж не толко в дому, але где колвек его найдет, воземшы сторону людей добрых двух або трех шляхтичов, а он мает позвы взяти и на том року стати, и повинен отказати, яко на року завитом.

Так же и земль далеких як Киевское, так и Волынское, Полоцкое, Витебское, Жомоитское мает позывати перед тыми роки, потому ж за чотыри недели для дороги далекое. А шляхту, которые суть у поветех, мает позывати стороною на который рок усхочет подле старого обычая, то ест яко и о именя, и о реч рухомую, так и о вси речы. Естли[a] бы ся чиему человеку от чиего человека злодейство стало або бои, або грабеж стался або головщина межи мужики, або иные некоторые речы, которые ся часто крот пригожают у суседстве, тогды мает обослати оного пана, просячы справедливости раз и два. А естли на то справедливости не вчинет, тогды мает его так же позвати перед воеводу, у котором повете мешкает[3]. А естли хто кого позовет на который рок о имене, а он поведит иж мает листы, а для которого року положити их не может, тогды мает ему рок быти положон две недели. Вшакже естли бы ся хто крыл перед позвы, а в дому было бы его не найдено, тогды мает позвы дати тивуну, а не будет ли тивуна ино рыкунь и албо хто колве в том дворе будет и рок положити мает оный, кого позовет ку праву стати.

[aa]У Дзялинському і Фірлеївському списках на цьому місці наступний текст: “А вед жо инакшим обычаем не мает позывати, толко вземши вижа у дворе нашом, который будет наближей именя тот пана або земянина, которого позывати будет, и к тому ещо строну людей добрых и перед вижом и стороною мает позывати ку тым роком, котрые есмо праву подданым нашим положили. А оные речи подле старого обычая, то ест если бы чьему чловеку ...”

[3]У Дз. і Фірл. сп. на словах: “... припозвати перед судью в котрого повете мешкает” цей арт. закінчується.

15. Естли бы на роки панове вси сойму не зехали ся, ино которы на тот час будут, тые мают справедливость чинити.

16. О листы господарские закривалные не мает ся господара отзывати.

Естли бы хто мел листы наши таковые абы его ни хто не судил кроме нас господара, тогды таковы не мает перед правом тыми листы нашими закрывати и до нас отзывати, але мает перед паны-радами нашими права достояти на том земском року, бо мы з рамени нашего господарского оставляем комисарми панов-рад наших абы справедливост подданым нашим чинили.

17. О позване на рок не станет.

А естли бы хто будучи с подданых наших к тому року судовому без жадных слушных причин не стал, а о собе перед тым роком ведати не дал, тогды панове жалобнику мают дати увязане у страве и накладе его у-в имене, естли будет о имене позвал до права. А естли будет позвал о шкоды и о гвалты, и о головщины, и о иншие рухомые речи, тогды панове мают в него доводу на тые речы выслухати такового, яко бы мел при бытности другое стороны на то довод вчинити. И кгды оный таковой довод вчинит, панове мают всказане вчинити и листом того обослати даючы ему ведати иж то на нем за нестане всказали, и роки покладаючи заплате. Естли бы оный того платити не хотел, тогды панове подле всказаня своего мают тому, кому што вкажут, дати увязане в люди того винного, то ест за кождую десет коп у службу людей.

18. О люди князские иж не мают первей по них децких посыланы быти, олиж первей пана их обослати абы справедливость вчинил.

Теж, естли бы была кривда которому подданому нашему земянину або чловеку от слуг албо от людей князских, албо панских, кроме гвалту о наезды домовые, а о иншие вси жалобы ни мы а ни воеводы наши по люди князские або панские не маем децких давати, олиж первей обослати того пана чие люди сут, приказуючи ему абы учинил справедливость перед вижом нашим або перед врадовым. А естли оный разы два на обсылане справедливости вчинити не хотел, тогды в чием повете оного пана тот подданый седит, то воземшы децкого от воеводы або от старосты, и тым же в том повете перед правом поставити мает, а оный мает там права доводитиперед поветовым суддею. Естли ж оны подданый панский зостанет винен оному, хто на нем ищет, тогды иного ни чого не мает платити толко тое, в чом зостанет винен, а тому децкому, который по него ездил, децкованое.

А што ся дотычет вины, хоты бы он вшол у вину прометную або бы заказаная вина на нем была, тогды не мает его нихто тою виною карати, толко его власный пан. А што ся дотычет земли, тогды не мает позывати ни слуги а ни чловека, только самого пана. Тым же обычаем мает быти промежку князи и паны, и земяны.

А естли бы кому от чиего человека была кривда, тогды его пана первей мает обослати раз и другий абы вчинил справедливость. А естли бы справедливости не хотел (вчинити), тогды тот, кому будет жаль, мает ся втечы до права, а оный мает людей своих (поставити) ку праву на тот рок всей земли положоный. И кгды в той речы, о которую реч в него права прошоно, люди его застанут, тогды навезку на тую реч мают платити от того часу, в который в него права на них прошоно, а он права будет не дал.

19. О бране пересудов.

20. О заступене в суда речы одному за другого.

21. О прокураторы.

О именья и шкоды, о гвалты не мает жаден чужоземец прокуратором быти, а ни о то мовити перед нами, господарем, а ни о земском праве, одно который бы был у Великом Князстве оселый. А што ся дотычет чести, хто бы кому на честь приганил, в таковой речы мает кождый прокуратора мети кого колвек может достати, хотя и неоселого у Великом Князстве.

22. Коли кого закажут абы не отеждчал от права, а он уедет, мают на него всказанье вчинити.

Теж уставуем: иж коли бы хто подданого дворанином нашим обослали абы з двора нашего не зъеждчал, аж бы ся з другою стороною жалуючею перед нами расправил, а он в том отехал своволне, приказанья нашего не дбаючи, таковый для непослушенства, естли будет о речы рухомые, о гвалты и о шкоды, тогды сказати и оправити. Естли ж будет о землю – мают тому в тое, о што ся жалует, увезане дати. И тым же обычаем, естли будет от воеводы або врадника через заповед одехал, тогды так же (втрачає). А пред ся может правом искати.

13. О роки заплаты пенежной.

Теж уставуем: иж кождой заплате пенежной с права сказаной мает быти сказан рок чотыре недели, а бóлшой суме – долшы рок. А тысечы копам роки розложити, на кождую чверть лета по сту коп, поки тую суму, тисечи коп, заплатит. А ести бы именье за тую суму нестояло – ино шию его выдати.

14. Хто бы кого на право позвал, а сам з доводом своим ку праву не стал.

Коли бы который жалобник позвавши на рок, который меновал под страченьем права, готов не был и з своим доводом ку которой ся справе брал, тот свою реч тратит, а врадник не мает ему отволоки допускати.

15. Хто бы позвавшы, а сам без слушное причины не стал.

Коли бы тот жалобник позвавшы кого на первом року сам не стал без слушное причины таковое: правдивое немоцы або службы нашое господарское, а перед судом не даст о собе знати с тых справедливых причин, тот его у другое не мает позывати о тую ж реч, олиж ему заплативши первей наклад и страву.

16. В позвех мает жалобу выобразити.

Естли бы хто колвек мел позвы позывати, тогды жалобу мает всю в позвех выобразити. А чого в позвех не выобразит, того на праве не мает искати.

17. Хто бы кого через причину або через суд ку праву позвал.

18. Хто бы за двема позвы ку праву не стал, тогды за третим децки мает поставити.

Коли бы хто о отчизну свою або о спадок, або о власность которую дедичную (першим і другим) позвом был позван, таковый мает затлатити три рубли судьи, а три рубли тому, кого через суд ку праву позовет.

19. Хто бы кого пхнул або вдарил перед правом.

Коли бы хто на друго рукою сягнул, попхнул, торгнул або вдарил перед судом а не ранил, а тым сяганьем суду ґвалт вчинил, тот, который сягнул, мает заплатити дванадцат рублев грошей, а тому безчестье будет какого стану. А хто бы перед судом добыл корда або меча, хотя и не ранил, тот тратит руку. Коли бы хто перед судом ранил кого – шию тратит.

20. Коли бы хто судью або сторону на праве зсоромил або судья кого на праве вдарил або зсоромил, чим мает каран быти.

Коли бы хто в суда кому другому або судьям соромотное слово мовил, а тым суда и судьи не учстил, таковый мает нятством каран быти, шест недел седети. А судья теж на праве седячы не мает никого соромити. А ести бы судья на кого рукою сягнул и вдарил, тогды мает тому безчестие платити водле стану. А ести бы кого неучстивым словы зсоромотил, тогды мает его тот позвати перед господаря або перед паны, а в том ся мает ему з суддею справедливость стати водлуг писаних прав. А ести бы пофалку вчинил або отповедал судьи, тогды не толко мает шесть недель седети, але и по выседеню шести недель мает рукоемство доброе дати, жебы судья от него добры покой мел. А вшак же то уставуем, яко для тых судей покою, которые сут на местцох наших от нас и от панов рад наших уставленые, для тых, которые бывают на копах.

21. Мещане всих мест за раны и головщизны селяном права мают достояти в земском праве.

Теж уставуем: иж мещане мест наших и всих подданых наших духовных и светских за раны и головщины людем селяном нашим и подданых наших правом земским мают справедливости чинити. А естли бы вчиненья справедливости омешкали, так иж положивши рок ку вделанью тое справедливости не вчинили, а сторону жалобную без потребы волочили, а на року завитом справедливости не вчинили, тогды тая винность и заплата на судьях местких зостанет.

22. О судьях: иж пересуд мают на трое делити.

23. Не мает жаден болше брати пересуда кром уставы.

24. Хто бы после права и присяги того ж искал, што первей перед правом утратил.

Теж уставуем: ести бы хто на ком чого искав и упустил бы его на присягу, а оный бы присегнул, а потом оный, хто пустил на присягу, хотел доводити на него же не справедливе присегнул, тогды вжо не мает искати, бо его сам ку присязе пустил.

25. Хто бы светков выдал, а они бы напротивку его посветчили.

Теж уставуем: ести хто чого на ком искал а выдал бы светков, а тые бы светки напротивку его посветчили, а мел бы потом на тых светкох искати: “Иж есте вы несправедливе светчили”, тогды оный, который светки выдал, на свои светки не мает ничого доводити. Нижли естли бы один напротивко другого дал светков, а тые бы светки его посветчили, а тому видит ся иж тые светки несправедливе его посветчили, того ж часу не зступуючы с права может с тыми светки перед правом мовити иж его несправедливе посветчили. И естли будут тые светки шляхта, тогды они мают себе подперати и отводити слушным доводом иж справедливе светчили. Естли бы люди простые – тогды тот, который их обвинит, в том мает на них доводити. Естли ж тые светки люди простые а панов розных, а перед правом вси посполу на сведецстве не были, а через децкого были пытаны, а несправедливе его в том осветчили, тогды тот обвиненый через их сведецтво мает о том суду объявити и в панов их на них права просити иж его несправедливе осветчили. И когды придет перед паны их на довод, тогды оный з своими светки мает довод на них чинити иж они его несправедливе осветчили. А когды они в том винни зостанут за несправедливое сведецтво свое, мают тому шкоды платити, а когды тые светки и панские подданые будут шляхта, тогды теж они мают ся светки отводити.

26. Хто бы двох чловеков дал а третего не мел, а при тых двох светкох присягаючи хотел, тогды тым может реч свою одержати.

Теж естли бы хто напротивку у сведецтве о которую реч, яко о гвалт и о бои, так и о суму пенязей позычоную и у инших речах выдал светков двох, а третего мети не мог, а при оншых речах выдал светков двох, а третего мети не мог, а при оных светкох еще сам присягнуни хотел, тогды тым мает реч свою одержати и на праве тот довод от него за достаточный прийняти мают. И естли ж бы хто выдал светков на который колвек довод або о землю, або подпиранье листов и записов, а хотя бы один светок его выдал а светчити по нем не хотел або розность у сведецтве вчинил, тот реч свою тратит.

27. Хто бы кому имене продал и лист свой дал, а поведил иж ему не заплатил а квиты на тот долг от него не будет мети, тот не повинен того платити.

28. Естли бы доводу не мели, а о при присегу спор мели, мает жеребей метан быти.

Теж уставуем: иж о кождую реч естли бы доводу не мели, а один другому пускал на присегу, а о том спор мели, тогды мают жеребей метати. Чий жеребей ся вымет, тот мает присягати.

29. Естли што на ком суди обчыи присудят, мают грабити воземшы вижа.

Теж естли бы што кому судьи обчыи присудили и рок заплате положили, а оный бы тые роки того платити не хотел, тогды тые судьи мают взяти вижа у дворе нашом, который колвек наближе будет, и при оном вижи мают того пограбити и тот грабеж дати тому, кому што присудять и рок виноватому положити под утраченьем того грабежу иж бы тот грабеж выкупил. А ести бы того грабежу выкупити на тот рок не хотел, тогды, кому тот грабеж дан будет, волную моц ма мети, тот грабеж заставити и продати кому хотя албо собе заставити.

30. А коли бы хто мел с ким именье неделное сябреное как мает на люди сябреные справедливость чинити.

Теж уставуем: иж коли бы было братьи колко делное або неделное, або которое колвек иные сяброве мели которые люди суместные, нерозделные данники або сумежники, тогды кождые с тых братьи або сябров повинен будет особливе кождому суседу и иным человеком суместным справедливость чинити не откладаючи до братьи а ни до сябров. А ести бы от такового человека сталося што кривда, тогды моцон будет право и суд о нем осадити а каждое винности правом на нем искати хотя без братьи своей або сябров приречоных. А коли бы тая братья або сябры у имене были, он мает и тому праву их обослати.

31. Новые державцы не мают шляхты судити[4].

К тому уставлям: иж державцы, которые недавно названы державцами и первей менованы тиунами, не мают[5] шляхты и бояр наших судити и децких своих по них посылати, але мают их воеводы и маршалки наши земские и дворные, и старосты судити. Нижли они сами, естли б зволили перед ними по доброй воли стати а росправити, то будет их волно розсудити. А в так, когды ся им управе которой стороне с кривдою, тогды он может отозватися до воеводы або до старосты в котором повете хто з них будет, а державцы им того боронити не мают и их мают пустити до воеводы в которых з них поветех хто будет.

[4]У Дз. цей артику записаний так: “Державцы, которые недавно названы державцами, а перед тем тиуны были, не мают шляхты судити кром воеводы и маршалки, и старосты”.

[5]У Дз.і Фірл. сп. додано “сами”.

32. Устава вижового и децкованья.

К тому уставляем: вижу и децкому нашему вижового и децкованья рубль, а воеводиному, маршалка земского и другого, и старостиным, которые давно старостами, – полтину. А державцовым вижом и децким, которые недавно названы державцами а первей званы тивунами, – по дванадцяти грошей. А естли бы вижи наместников их – мают брати помилное, на милю по грошу. А воеводиным наместником – по дванадцяти грошей. А ести бы вижи и децкие наши и воевод и маршалков, и старост наших, и державець наших, и теж их наместников нигде на децкованье а ни на вижовое будучи взяты вижом и децким з места не ехали, тогды им мает быти плачно вижового и децкованья половина. Нижли котрого децкого мы або панове-рада наши, воеводы або маршалки и старосты пошлем на отправку пенезей, тым децкованья от кожного рубля по десети грошей.

33. О вижа, иж его нихто пересветчити не может[6].

Теж уставуем: ести быхмо где послали на справу нашу земскую албо на жалобу подданых наших о которую колвек реч вижа нашого албо панове-рады наши, а тот виж мает собе стороною мети (двох свідків-шляхтичів), а пришло бы речы на опытанья того вижа, тогды вижа жаден пересветчити не может. А вшакже естли бы ся видело которой стороне абы инак светчил, нижли поведил, тогды виж повинен будет тою стороною себе подпирати, которою при собе мел (тобто свідками-шляхтичами), иж так было.

[6]У Дз. і Фірл. арт. 35 і 36 відсутні.

34. По суде не мает нихто без вижа еднанья чинити.

Теж уставуем: иж по суде нашом господарском и панов воевод, и старост наших, и судей высажоных што будет на ком сказано имене або сума пенезей, по праве и сказанью, не мает жаден еднанья чинити, олиж перед децким; и заплаты без вижа, естли будет выдан, або перед вижом врадовым, воземшы вижа з ураду або судей, которые будут ему на нем сказали. А ести бы хто инак вчинил а еднане тое за моцное мети не хочем. И тот, который через тую уставу нашу смел то вчинити, повинен будет заплатити тым судьям, которые то судили, три рубли грошей. А пред ся оный не подле того еднанья, але подле всказу права, мает реч свою одержати и деяких ее отправити, а тые, которые бы при таком еднаньи нерадном были а печати свои к еднаным листом клали, повинни будут платити нам господару три рубли грошей.

37.

Теж уставляем: ач-колвек права писаные дали есмо всей земли, по котрому праву мают суд судити, однак же вси права до остатку в рыхле не могут ся зложити, яко ж и тые права не могли до остатка всих артыкулов мети. Нижли естли бы ся што пригодило перед судьями, чого бы в тых правах не было написано, тогды то даем на розознанье судей под сумненьем их, иж они мают упоменувши Бога и то сказати водлуг стародавнего обычая. А вшакже на первом сойме перед нами або перед паны-радами нашими мают тые члонки обьявити, и естли бы мы панове-рада наши тые члонки уфалят, тогды мают теж приписаны быти к тым правам.

Роздел семый
О ґвалтах земских, о боях,
о головщинах шляхетських

1. Хто бы на чий дом умыслне наехал хотечи его забити.

Теж уставуем: иж хто бы на чий дом умыслне наехал, хотечы его забити або нашол моцью и ґвалтом, а в том бы дому кого колвек ранил або забил, а хотя бы не ранил никого, толко ґвалтом нашол, тот шию тратит; а бой и головщина з именя его близким забитого мает быти плачоно, а противня до скрабу господарского, также и ранам навязка.

А естли бы теж на чий дом наехано або найдено, а боронячи ся з дому свого втек, а головщина бы ся не стала а ни раны, однак – тот, который находил на дом, шию тратит а кгвалт мает быти плачон господару домовому. А што бы того именя звыш зостало, то у вине господарской.

2. О доводу ґвалту, яко мает осветчити и жаловати.

Хто бы кому на дом наехал и вбил, а вшакже на такового гвалтовника мает быти таковый довод. Естли бы на дом чий наехал а ранил або збил, тогды с того дому мает скоро по гвалте оповедити и оказати ся околичным суседом своим и на то мает вижа взяти з ураду двора нашого который близшы будет и оказати ґвалт и раны або вбитого. И потом ести бы ся к тому не знал, тогды вжо тот близшы будет околичними суседы и вижом того допирати. А сам при ранном мает з женою, ести бы детей не мел, а ести бы дети дорослые были, тогды и з детми дорослыми и слугами або с челядю, а ести бы слуг не было – самотрет на том присягнути. А тот, хто наехал, мает вжо горло тратити яко гвалтовник.

3. А естли бы гвалтовник забившы кого втек из земли, головщина забитого мает з именя плачона быти.

4. Хто бы забил гвалтовника в дому своем або на гвалте помочников его.

Теж уставуем: хто на чий дом наедет або найдет гвалтом, а тот истый, будучи в дому своем, боронечы дому своего а забьет того гвалтовника в дому своем або помочников его колко забил, або ранил, тогды не мает головщины а ни ран платити, але при оных ранных еще мает своего гвалту домового доходити. А вшакже того мает отвести ся телесною присегою своею и з жоною, и з детми своими дорослыми самтретей, и к тому светки, естли бы были. А при светках таки и сам повинен вчинити присягу. А по присязе, естли ся того отведет, тогды пред ся оному гвалт дванадцат рублев грошей мает сказан быти водлуг присеги его и светков его.

5. Хто бы наехал на имене и поданых, а тот бы бороничи своего забил.

Теж уставляем: естли бы хто боронил именя своего або подданых своих на гвалтех – шляхтича забил, тому головщины не мает платити. А однак на то мает слушный довод быти иж его на своей земли забил, а тот мает довести своею телесною присягою а околичными суседы.

6. О гвалтованье невест и девки.

Теж уставуем: естли бы хто невесту або девку згвалтовал, буд какого колвек стадла, почоншы от вышшого, аж до нижшого, а оная невеста або девка волала гвалту своего за оными вчинком, а люди бы некако прибегли на оный гвалт, а она бы перед ними вказывала, а потом бы оного ку праву привела двема або трема светками пересветчила, а к тому при оных светкох телесною присягою присягнула, тогды таковый мает быти каран горлом.
А естли бы оная невеста або девка гвалту волала, а люди оные слышали, нижли на гвалт не прибегли, а вшакже по оном гвалте скоробы была волна выпущона, а оповедала ся тым людем, а за се оного ку праву притягнула, а тыми людми пересветчила, тогды тым же мает каран быти, яко выше описано.

7. Естли бы хто на кого ся пофалил, а за пофалкою его головщина або пожога двору стала.

8. Естли бы было колко парсон об одного шляхтича забитье в суда было обвинено.

Теж коли бы колко парсон об одного шляхтича забитье в суда было обвинено, тогды толко один мужобойца мает о тое забитье осужон, которого ж жалобник самтретей и з двема шляхтичы собе ровными (вкаже). Естли бы слушного доводу не мел, мает присягнути, а звлаща коли бы сам к тому забитью знал.

9. Хто бы шляхтича ранил в руку або ногу а охромил або око выбил.

А естли бы хто шляхтича ранит, а с тое раны его в руку або в ногу и охромил або око выбил, або нос втял, або зубы вырубал, або ухо утял, тогды мает пред ся платити пол человека. Кром того естли бы ранил у твар, тогды мает платити тридцать коп грошей тот виноватый битому, а вины толко ж до скарбу господарского, коли его жалобник самотретей поприсягнет в недостатку слушного доводу.

10. Хто бы после ран ездил по пивом або по корчам а потом вмер.

11. Которое братьи рожоной будет отца забито, яко мают головщины искати.

Уставлям теж: иж коли бы колко братьи рожоное лета супольные маючи або лет немаючых, дельных або недельных, а одного бы с них або отца их забито, а никоторый с тое братьи дома и в земли их не будет, тогды тот который бы дома был, мает братью свою обослати, ести б в земли были а бы с ним головщины вси посполу доходили сами через себе або через приятеля свого. Ести бы они не хотели посполу и з братом своим тое головщины искати, тогды оный, который в дому был, зыщет сам своим накладом тую головщину, тогды он тое головщины не повинен з братьею делити.

12. Близкие, которые не схотят близкость головщины искати.

13. Межи братьи и сестр рожоных хто мает головщины отцовское и матчиное.

А коли бы колко братьи было и сестр рожоных выпосажоных и один з них або отец забит был, тогды они сами братья, мимо сестер выпосажоных, мают головщины доискивати ся. А ести бы братья змерли, тогды дочки выпосажоные мают головщины искати. А ести бы синове и дочки змерли, тогды мают искати ближние.

14. Хто бы забил отца свого або матку.

Уставуем теж: иж коли бы хто отца свого рожоного або матку забил, тот горло и честь тратит.

15. А коли бы хто брата або сестру забил.

А хто бы брата або сестру забил в надею именья на него приходячего, таковый отходит оного именья правом прирожоным на себе спадываючого, которое именье по тых забитых, как по отцу, так и по матце або теж по брате и по сестре на иншую братью або на сестры приходити и спасти мает. А ести бы другое братьи а ни сестер не был, тогды тое именье на инших кревных близкость прирожоною к тому маючих, мает спасти, а таковой сам горлом мае каран быти.

16. Хто бы на кого дорогу засел, а тот бы был ранен.

17. Коли хто кого о ґвалт позовет ку праву, как мает перед правом ґвалту доводити.

Коли бы хто кого другого о который ґвалт до суда позвал, жалобник, што менил, мает слушным сведомем доводити, то есть вижом врадовым и шляхтою людми добрыми, которым будет тот ґвалт оказывал албо которые при том были и тот ґвалт як ся стал видели. А ести бы сведома не мел, а знаки бы того ґвалту были, тогды он сам ближшый будет позваного присягою своею поконати. Нижли ести бы доводу не мел и сам присягати не хотел, а позваному присягати поступил, а оный позваный хотел невинность свою очистити, тогды повинен будет собе от того ґвалту присягою очищати.

18. Кому бы шкода в чием дому стала або ґвалт на дорозе з ведомостью домового господара.

А коли бы кому шкода в чыем дому стала або ґвалт на дорозе, або где волею, або приказаньем, або с ведомостью господаря домового, а оный господар был до суда позвав, а было бы на него переведено слушным доводом або присягою жалобниковою телесною за лицом або за неякими знаки врадовне переведеними, таковый повинен будет оный разбой або шкоду своими власними пенезми оправовати, а тых злодеев искати.

19. Хто бы на чие село наславши або сам наехавши плбил и поранил, и пограбил.

Теж, коли бы хто на имене або на село, або на люди его наехавши, або наславши также и раны, и грабежи або шкоды некоторые ґвалтом починил, таковой строне ображоной ести[б] на ґвалт довод слушный вчинит[б], мает ґвалт и раны, и шкоды оправити и грабежи з навезкою поворочати. А вшакже ести доводу не будет, мает сам на ґвалту присягати, а на шкодах и на грабежох люди его – люди его. А хотя бы не ранил а ни бил, а будет наехавши брал, так же мает ґвалт платити и вину нашу господарскую.

[бб]У Дз. і Фірл. замість цих слів написано: “на чом присягнет або слушным доводом переведет”.

20. За ґвалт посполитый суседский дванадцать рублев грошей.

Теж уставуем: иж за кождый ґвалт посполитый суседский судом переведеный мает быти сказано стороне ображоной дванадцать рублев грошей а толком вины господарю-королю.

21. Ести бы шляхтич шляхтича на дороге збил.

22. О зваде шляхетской на дорозе естли бы робил.

23. О звадах.

Теж коли бы хто с ким звадил ся, а у оной зваде обадва ся ранили, а один бы с тых позвался до права, а светков бы межи собою не мели, хто бы мел межи ними розознати, а один бы другому не допустил, а обадва бы ся торгнули к присязе, тогды судьи мают им сказати жеребей кинути. Тогды чий ся жеребей выймет наперед, тот мает присягнути на ранах своих и на початку иж он его почал первей бити, а за оным початком вся тая звада стала. А коли бы оный присягнет, тогды тот тому присяжному мае навезати раны якого стану будет[7].

А ести бы ся у оной зваде головщины стали на обе стороны, тогды так же на початку мают сказати жеребей метати, и чий жеребей выймет ся, тот на початку доводити будет. Але естли ж у одное стороны ранный будет, а з другое стороны убитый, тогды при оном убитом близший будет довод чинити, нижли ранным отводити. А вшкаже не мает за то иншого жадного каранья мети, одно головщину платити подле его роду и тым раненым и битым, которыи при нем ранены и биты будут, за раны и бой досыт вчинити.

[7]У Дз. і Фірл. арт. на цьому закінчується.

23. О зваде вечерной.

24. Хто бы кого умыслне ранил а до суда был позвав.

Теж коли бы хто о рану другого позвал, а оный позваный менил: “ Же тя ранил невмыслне”, а брал бы ся тот позваный на довод. Мы бачачи иже где никому рана мела невинна быти, уставляем и сказуем – тые раны жалобнику мают плачоны быти.

25. Слуга, который боронячы пана свого кого бы ранил або забил.

Теж уставуем: иж коли бы у какой зваде слуга-шляхтич пана свого боронячи кого ранил або забил, таковой от кожного есть вызволен. Але тот, кому будет надобе, на пане его ран своих и головщина мает искати.

26. Коли чей слуга вчинивши кому ґвалт або головщину и втек.

А коли бы чий слуга вчинившы кому ґвалт домовой або головщину и втек, а у его пана через сторону был застан а приповежон, а он через тую заповедь его впустил, тот пан сам, чий слуга, ґвалт и головщину, и шкоду мает платити, а собе на слузе искати. А коли бы тот слуга не приповежон, тогды пан не повинен за слугу стояти.

27. Хто бы кому ґвалт вчинил або злодейство, або чий человек за кого зашол, а он будет десет лет у молчаньи.

28. Устава головщине шляхетской и вины против нас господаря.

И теж уставуем: естли бы шляхтич шляхтича забил у зваде або которою пригоду, а переведено бы на него правом, тогды мает платити за головщину сто коп грошей кровным, а господару – другую сто коп грошей до скарбу. А естли бы боячи ся вины втек з земли, тогды головщина мает быти плачона кровным з именя сто коп грошей, а противня господару з именя – сто коп, а дети того мают на имени седети, а того истого забойну мают выволати хто бы забил, яко безецника.

29. Который злочынца на смерть будет выдан за которое колве злочинство, а от того караня выйдет, не мает местца межи добрыми людьми мети.

Теж коли бы хто о злодейство або о которое иное злочинство на каранье або на смерть врадом права посполитого вказан был, а в том каранью шию свою пенязми откупит або ся того каранья або от шии страченья через приятелей своих або гостей послов панов выпрохан был або выправен, або теж за свой злый учинок в ката в руце был, таковый кождый мает без чести быти, а не мает болшей того привиля своего шляхетского поживати. А с тых всих, которые такового человека осужоного ведоме выправляли або пенязми окупали того, честь а добрая слава (їх) на ласце господарской.

30. Хто бы злочинцов, розбойников, злодеев, люднй выволаных в себе в дому ховал.

Теж уставуем: иж коли бы подданые наши людей подозреных, злочинцов, розбойников, выволаных из земли в дому або у именье своем ведомо переховывал або им некоторую раду, або помоч ку шкоде посполитое речы давал и чинил, або теж речей злодейских ведомо поживал, а на кого бы то переведено, тогды тот не инако мает быти каран, толко яко каждый с тых злочинцов вышшей писаных, або всих справедливым правом чинячы а призволяючи, однаковою виною мают быти караны.

Роздел осьмый
О права земские, о границах и
о межах, о копах

1. Напервей починают ся выроком королевским а с подпиью власное руки его милости: иж хто кому всхочет через границы або через межу землю отняти, мает кождого стану в том артыкуле менованом и з светки своими шестма, кому права скажет, сам присягнути.

Теж уставуем: естли бы которые бискупове и духовные закону, яко рымского, так и греческого и князи, и панове, и пани вдовы, и земяне мели имения и люди, и земли, ловы и лесы, и озера, и бобровые гоны в границах або в межах а хотел бы один другого, землю перешедши, границу або через межи уступати або люди и земли, и ловы, и лесы, и озера, сеножати и бобровые гоны отнимати, хотячи его с того именя вытиснути, тогды мают з обу сторон по осмнадцат светков перед правом поставити. И кого найдут суди близшого ку доводу, тогды с кождого стану, вышей мененых, шестма светки а сам на семый на всем присягнути.

2. За давностью земскою близший будет держанья своего доводити.

Теж уставляем:иж кождый держачый за правом своим прирожоным або набытым, або тож за давностью земскою близшый будет держанья своего доводити, то есть сема светки людми добрыми, шляхтичи або листы, або иными людми годнейшими близкими суседы. Чии будут светки годнейшие, тые мают светчити без присяги их телесное подле давнего звычая земского, за которых зознает сторона доводячая реч свою мает одержати, а пред ся другая сторона, естли будет хотети, мает правом искати.

3. О рок завитый на землю выехати.

Теж уставуем: иж рок сторонам ку граниченью судом положоным мает быти завитый. А про то через жадную и причину не мает отложон быти далей толко с тых причын, которые особным артыкулом суть описаны: то первое мором а соймом вальным, службою нашею господарскою а немоцю. Коли бы которая сторона окроме тых чотырох не стала, тогды другая сторона за своим врадным доводом перед ездоки на то выставлеными мает реч свою одержати подле заведеня светков присяглых на местцу граничном поставленых и своее телесное присяги и тым мает вжо свою реч на вечность одержати. А естли бы хто перед тым роком был немоцон, мает дати судьям ведомо и сутяжному, тогды мает то отложоно быти поки он выздоровеет, а на другом року перед судями мает присягнути на том, иж справедливе был немоцен а перед роком ся рознемог (і) на тот суд быти не мог, тогды мает другого приятеля своего на свое местце установити через лист свой, а тот мает также моцон быти, как и того самого.

4. О вказанье границ которые лепшые.

Теж уставляем: колибы судья або ездок от права высланый был на розъезд, тогды тот судья (або) ездок оную сторону, которая лепшие и знакомитшые привилья и листы, и знаки або копцы, або грани вскажут, будет повинен ку доводу припустити. А естли бы с обудву сторон знаков не было, тогды чии светки годнейшие будут, того мает ку доводу и присязе допустити. А веджо таковые мают разумети светки што бы шляхта, але тые светки шляхта и люди добрые не подозреные, которые будут суседы близкие и сумежники, тые годнейшие будут у сведецетве, нижли тые шляхта, которые не граничники и не сумежники.

5. О землю обрубную и о суместные, как мают довод чинити.

Теж уставляем: естли бы хто с ким будет право мети о землю обрубную, тогды которой стороне повод усказан с права, светков своих подле обычая права осмнадцять повинен будет перед правом поставити и по три разы водити, а сторона с тых трох одного обирати мает, аж покуль шесть мает обрати и как тот пан або земенин с тыми светки присягу вчинившы заведает, потоле мает граница чинена быти. Нижли естли бы право мели о землю сумежную а не у одном местцу порозну, тогды и на кождой межи мает сам з шестма светками повинен будет присягати. Нижли светки которые на первой межи присягнут, на другой межи того ж часу светчити не могут.

6. О повод, естли бы суди згодити ся не могли.

Теж уставуем: коли суди от нас господара взятыи альбо от панов-рад наших выехали на року, тогды мают ся справовати тым обычаем: первей мают ся обослати и зложити местцо и где мают выехатии снемшисе посполе, выслухают речей обеюх сторон, яко жалоб так и отпоров, и объехати землю обеюх сторон, куды поведут, и смотрети листов и знаков. Чии будут листы альбо знаки лепшии, того мают ку доводу припустити подле обычая права. Пакли бы спор мели о повод, а згодити ся не могли за спором своим, а одной стороне фолкгуючы, тогды выслухавши жалоб и отпоров и списати мают и не выпускаючы сторон з моцы своее от права, запечатавшы реестр тых речей своими печатми, мают послати до воеводы, в которого повете тое право будет и науку взяти, хто будет близшы ку доводу, а сами оттоле зъежчати дотол, покол науку от воеводы возьмут, не мают, олиж мают, науку воземшы, наконец справедливость вчинити. А вшакже которая строна судей видечы кого близшого ку доводу а фолкгуючы стороне противней сказати не хотели, тогды поколе будет наука от воеводы. А што обедве стороне на светки и на суди наложат, повинны будут тые суди сами оправовати.

7. У сведецтве жадного иншого закону не мети кроме хрестьян римского закону або греческого.

Теж уставуем: иж светки о реч земную и о повод держанья земли не мают припущоны быти жидове ани татарове, одно хрестиянского закону латинского або греческого закону. А вшакже и межи тыми хрестияны, которые бы на кождый год в плебанов або в попов своих на их споведи бывали а ни у злой славе межи околицы, а ни у злодействе, а ни у фалшивстве, тые мают допущоны быти сведецтва о земное дело. А хотя б и хрестияне будут латинского закону, так и греческого, которые божого тела не принимают и на исповедь не ходят, тые о землю у сведецтве перед правм не мают быти допущены. А в иншых речах всих, яко жидове и татарове, так и хрестияна, кождый сведецтва допущон будет подле старого обычаю.

8. А хто мает з державцы копу вести.

А естли бы который земенин мел право з державцею або с паном, а тот пан або державца мел у своем повете сугрань, а мели бы копу вести, тогды того пана державца, который держит, не мает быти простый чоловек поличон за светки, кром шдяхты або инших поветов людей годных веры, близких у суседстве.

9. Роки как мают быти положоны быти о земное право.

Хочем теж уставляем: иж кождый очивисте рок ку граниченью толко крот, колко бы крот надобе было, мает быти на неделю правом положон. А которое стороны судья ведет того сказанья (на) обе стороне будут повинни приняти, небытности других судей не вымовляючы, кром службы земское або хоробы, або теж естли бы в речы нашой земской в руках неприятелских был або поселстве от нас был послан. А естли бы хто через лист а не очевисто, або ездоков, на землю взял от господара короля его милости або от панов-рад, а[в] тот перед стороною людми добрыми, годными веры и вземшы вижа во враду у дворе господарском, который наближей будет, тогды мают ему суди выдати листы, а он мает сторону обослати перед роком ему дати[в] и ему весть дати мает абы он ку тому року налепей ся зготовал и за ся того невымовлял, жебы ку тому року ся не готовал, и будет повинен отповедати яко на завитом року.

[вв]У Дз. і Фірл. сп. на цьому місці наступний текст: “... а тот бы о том з ним очивисто не мовил и в тот час не был, тогды мает взяти до того лист от судей за дванадцять недел перед роком того права и ему ведати мает дати”.

10. Хто бы кому границу або межу сказил.

Пакли бы шляхтич шляхтичу границу сказил або огнем выжог, вырубал гвалтовне и яко-колвек инак, а было бы то на него переведено, тогды таковый мает заплатити ображоному дванадцат рублев грошей. А естли бы межу переорал, тогды три рубли грошей, а вины толко ж[8], а над то границу або межу чиего скаженую будет повинен з урадом направити по старому. А естли бы тая граница або межа здала ся ему в кривде, мает ее правом спирати а не гвалтом.

[8] У Дз. і Фірл. сп. додано: “А ести бы мужик мужику то вчинил, тогды мужику рубль грошей, а вины толькож”.

11. О лес суместный и о поробки.

Теж уставуем: естли бы хто мел лес сумежный, тогды мает кождый з своего поля против себе проробки чинити, а от леса ни одного не мает заходити, а как сотнут ся топоры – тут будет граница. А вшакже естли бы один дуж был и болше пробил, нижли другий, а оному бы ся видела кривда, а он бы его потягнул до права, тогды мает сослано быти и смотрено, тогды оный мает лесу дати против проробков, што болше проробил, хотя не так доброго, поки тот проробит. А коли оный тот лес проробил который мел, а ровно столкож проробит колко и оный, тогды мают в лыко и лихое и доброе поделити наполы. А оный бы не мел лесу ему отповести, што болшей проробил, тогды ему мусити проробков своих на полы делати.

12. Кому бы межи именей река граница была.

Коли бы межи которыми дединами река вместо границы была, а под часом сама на чию ся дедину повернула, оставивши старое речище, тогды однак межа або граница по старое речище мает держана быти своего берега стародавнего, а оное реки половину мает поживати в ловеньи рыб и у инших пожитках. А естли бы хто реку перекопал умыслне ку шкоде суседа своего, а тот бы его о то ку праву позвал а довел бы, тогды оному мает право сказати, абы за ся реку по старому загамовал и шкоды, и гоны бобровые и иные ему оправовал.

13. Ести бы хто своим ставом инший став або сеножать затопил.

Коли бы хто у своей дедизне супольную мел, то есть обадва береги его, а на ней ставы и млыны поставил, а суседние высшие млыны своими млыны затопил, тогды мает вижи з ураду взяти и з вижом мает спустити воду и шкоду затопленому оправовати мает вод луг слушного доводу. А ести бы сеножать затопил без воли того, чия сеножать есть, тогды будет ли его воля отмегну взяти, он мает ему отмену дати, а пакли бы его на то воли не было и он нехай по тому держит воду, как бы его сеножать шкоды не было. А и воду теж так мает держати, как бы верхнего млина не затопил. А ести бы половину реки або хотя и супольную реку мел, а присыпал греблю к чужому берегу або сеножать затопил без его дозволенья, тот тую греблю роскопает, тогды не повинен будет ґвалту платити, бо нихто не мает без дозволенья к чужому берегу гребли засыпати а ни ставу заняти.

14. Хто бы хотел к берегу чужому став заняти.

Теж хто бы хотел к чужому берегу став заняти або чужие сеножати потопити, або покосити, або лес потопити, або поля поорати, тогды мает такжо того вижом обослати и заповедати, под закладом и сужона мает быти тая кождая реч тым же обычаем, яко в том стоит артыкуле высшей писано.

15. Хто на чией земли посеет збоже, как мает заповедати вижом, абы не звозил до права под закладом.

Теж хто коли на чией земли жито посеет, тогды тот, хто поведает свою землю, мает взяти вижа з ураду в чием повете седит и мает заповедати ему под закладом на нас господара и на врадника, штобы он того жита долов не вез, а пожоншы поставил на той же земли до права и рок положившы мают с обу сторон ездоки вывести. А естли б хто заповедал правом перевел, што ж оное жито будет сеял на его власной земли, тогды мает быти ему как земля, так и оное жито. А естли бы через тот вышей писаный заклад права не дождавшы оное жито пожоншы и звез долов, тогды мает заклад и жито платити з навезкою. А естли же хто будет на своей земли власной сеяти, а он ему то заповедает, а того правом не переведет, иж была земля его, таковый тот заклад мает сам платити до скарбу нашего господарского и шкоду тому оправовати, а то есть шкоды, естли бы чие жито за заповедью погнило. Або теж оный, хто ездока вывел и на его наложил, а того, на кого жаловал, не довел, тогды тое жито мает тому платити и тую шкоду всю мает оправовати, а то есть наклад. Хто бы кому хотел через границу шкоду вчинити в тых речах нижей писаных, тогды мает заклад таковый быти на короля сто рублев грошей, на державцу – дванадцать рублев, а на державцу – три рубля. А тая заповед житу и сеножатем мает быти до Божего Нароженя.

16. Хто бы земли в держаньи был три годы, а другий бы правом не перепершы жито пожал або жатое побрал, або бой учинил и сохи порубал.

Теж уставляем: иж коли бы хто которую землю держал во впокою три годы а с покоем сеял або орал, а хто бы пришодшы на тое поле пожал або пожатое взял а вдарил самого человека его, або котораго колве, або вола, або соху зрубал, таковый мает платити гвалт дванадцать рублев грошей, а нам господару толкож. А естли возмет без бою, тогды мает шкоду платити з навезкою, а потом коли хочет держачего о тую землю правом врадным спирати. А естли бы хто в кого отнимал, а другий того боронил а в держанье не дал, тому мает право быти, и хто вземшы винен будет, тот мает шкоды и гвалт оправовати.

17. Хто бы кому светки ганил.

Коли бы хто свовольне стороне доводячей светки ганил, то есть ести бы он подлуг права поставил осмнадцать светков, а тот бы межи тыми осмнадцатма светки не обобрал шести годних веры, и их отставлял, хотечи ему тым права кончанье переказати, а тот доводячи другими ся светки не осмотрил, а мел бы тым на оном року завитом реч свою уступти, тогды таковый моцон будет о тое светков своих наганенье там же перед судями их очищати. А коли тыи судьи узнают, иж ему тых светков свовольне зганил и отставил, а они ся выведут, тогды таковый отставуючы с тых светков кожного зганених, водле стану кожного з них будет повинен навязывати вод луг року их, шляхтич, яко шляхтича, а хлопа – яко хлопа, так якобы его ранил.

18. Коли бы хто светков наганеных перед судом не очистил.

Коли бы хто светков наганеных перед судями своих зганених всих не очистил, тогды, хто светком зганит, а оные светки заганеные не очистили ся, тогды тые светки, которые приганеные, мают присягати. А ести бы с обу сторон светки межи собою зганили, тогды тые светки на обе стороны мают отставити, а знову иншых светков с обу сторон мают поставити неподозреных, и межи тыми которые будут, тые мают з светки присягати.

19. О увезанье у именье за долг або за иншую причину, як ся мают увяжчие справовати.

Теж коли быхмо котрого дворянина нашого послали або з ураду котрого воеводы в чие имене увязывати сторону або котрого врадника нашого за долг або за которую колвек иншую причину, тогды тот увяжчий або виж, кого будет увязывати, мает то чинити з людми добрыми, стороними з двема або трема шляхтичы, вси статки домовые и которые колве речы у оном именьи або у дворех будут, мает верне пописати под сведомом тых добрых людей, и[г] один реестр под печатми своею и тых людей добрых мает дати тому, кого увезти мает, а другий – собе зоставити, а третий – врадови дати, от кого послан будет. И коли потом хтобы хотел вижа нагобити, поведаючы, иж он справовал не подле тое уставы нашое а которую шкоду в том именьи учинил, тогды будет он тыми реестры и стороною прав, а его при таковой справе нихто пересветчити не может[г].

А естли ж бы тот увяжчий иначе вчинил, а не справовал ся подле тое уставы нашое, тоды мает оную шкоду платити, што-колве у оном дворе в тот час згинет на што слушный довод учинит або на чом шкодный присягнет. А ести бы увяжчему нечим платити, ино его за шию выдати. А ести бы тот увяжчий слушне то перевел, иж тое имене со всеми статки и речми наймя пописаними кому иному подлуг воли и науки нашое господарское або панов-рад подал, тогды ужо тот который в увяжчого тые статки и речы побрал, повинен сторонам на которые прислушает перед правом отказывати и оправити.

[гг]У Дз. і Фірл. сп. цей текст відсутній.

20. О люди, которые приходят на волю и заседевши волю проч идут, што мают платити.

Теж уставуем: иж коли бы чоловек волный пришол за которого князя албо за пана и сел на воли, и выседевшы волю хотел за ся проч пройти, тогды олиж толко ж заслужившы тому ж пану своему, колко на воли седел. Естли ж бы не хотел толко ж заслужити, толко мает пенязми заплатити за кождую неделю по шести грошей. Естли ж бы он заседевши волю и втек за другого пана, тогды тот, за кого втек, мает ему его выдати не мней, яко отчича. Пакли бы на обсылане его того человека выдати нехотел, а того бы на него перед правом доведено, тогды мает сам за него платити за кождую неделю, колко на воли не робил, по шести грошей. Естли ж бы тот человек ему приручон был, а он его выдати не хотел и он за ся от него втек, тогды он сам повинен будет тому, от кого первей до него втек, платити, яко за отчича, десят коп грошей, и за сынов его, колко с ним втекло будет, по десяти коп грошей, и за се колко не робил седечы на воли – за неделю по шести грошей.

21. Чужого человека земли не мает закупати без воли пана его.

К тому теж уставуем: иж не мает жаден боярин а ни человек в чужого человека земли закупати без воли пана его. Естли ж бы чужого человека землю без воли пана закупил и што на ней посеял, тогды тое сеяное и пенязи тратит, а тот пан чия земля, мает без откладанья пенязей землю ку своим рукам узяти, а он и по том человеце его, в которого будет землю закупил и на поручнику, через чии руки пенязи дал, искати не мает для того, иж то учинил на тую уставу нашу, так же и чужого человека не мает нихто закупати без воли пана его.

22. Ести ж бы хто с ким положил право межи людми своими под страченьем прав, а сам не станет, тот реч свою тратит.

Теж уставуем: ести бы хто положил рок под страченем, сами межи собою и людми своими справедливость чинити. А которая сторона на тот рок не станет и судей, и людей своих не поставит, и перед роком се знати той стороне не даст, для которое причины к тому року готов не был, тогды тую реч свою тратит. А той стороне, которая не станет, мают суди его всказ вчинити и шкоды всказати, на што довод слушный учинил. А естли на которую реч доводу не будет, тогды мает присега вчинена быти, ести в речы самое о ґвалт и о шкоды, тогда сам пан, а в речы людей – его люди.

23. Коли бы з дозволенья обеюх сторон дано имене в руки господарские, а господар дал тое держати до розсудку кому, а тот тое имне сказил.

Которые братья або близкие маючи именье нероздельное, а перед правом зровнали и росписали, тогды тот дел мают держати вечне.

Естли бы положон рок праву не под страченьем, одна ж сторона станет, а другая сторона не станет, мает дано быти той стороне увязанье в то, о што ся правует.

Роздел девятый
О ловы, о пущу, о бортное дерево и озера,
о боброве гоны, о соколие гнезда и о хмелища

1. Хто бы чие ловы ґвалтом половил.

Теж уставуем: хто бы чии ловы ґвалтом половил, тогды тому, в чие пущи будет половил, мает ґвалт платити дванадцять рублев грошей, а на господара противень мает заплатити под ценою который зверь будет половил, яко нижей писано. А етли бы хто стрельцов послал в чужую пущу або сам украдом зверь побил, тогды, естли на него будет доводом слушным переведено колко зверу вбито, таковый мает зверь платити под ценою ниже написаною. А естли бы стрельца поимано над зверем в пущи, тогды мает веден быти до враду, а з ураду мает быти на смерть сказан, яко иншые злодеи. А хто бы теж у своей земли звер половил, а тот бы звер бег до чужое земли, тогды тот за своим зверем мает гонити и через чужую землю и может свой звер убити в чужой земли. А естли хто застрелил звер у своей земли, а тот звер вшол в чужу землю, тогды за своим застрелом мает ити в чужу землю.

2. Цена зверем диким.

Теж уставуем цену зверем диким: за зубра, дванадцять рублев грошей, за лося – шест рублев грошей, за оленя або за ланю – три рубли грошей, за медведя – три рубли грошей, а за вепра або за свиню – рубль грошей, за серну – полкопы грошей, за рысь – рубль грошей.

3. О борти и озера, о сеножати, хто мает в чужой пущи, яко ся мают в том справовати.

4. Который пущу свою мает, а чужие борти в его пущи.

5. Хто чужие озера в пущы своей половиш и сеножати покосит, што мает платити.

А хто чужое озеро в пущи своей поволочит, тогды мает тому, чие озеро будет, ґвалт платити, а господарю противня и за рыбу, на чом тот смети кметь присягнути, што ему шкоды в рыбе станет. Также ести чужии сеножати у своей пущи хто ґвалтом покосит и вытискаючы того от его сеножатей бой вчинит, тогды повинен будет ґвалт платити а господару противня. Естли ж бою не будет, а хто сеножати чужие покосит, тогды повинен будет сено з навезкою вернути.

6. Хто бы в пущы своей застал чиего человека.

Хто бы в пущы своей застал чиего человека и пограбил, тогды за тот грабеж не повинен навязывати, нижли мает того человека пану и тот грабеж на рукоемство дати и до пущи купню повести где пограбил и шкоды своее на нем доводити. И естли шкоды на нем доведет, тот мает ему оправовати, а ести шкоды ему в пущы от него стало, он безвинне его пограбил, тот грабеж мает ему навязывати.

7. Хто бы мел спор о борть або о входы в пущы, а хотел хто кого от бортей и от входов спирати, як мают межи ними право вчинити.

8. Хто бы кому озеро або сажовку, або став зволочил.

9. Хто бы кому соколе гнездо сказил або порубал.

10. О боброве гоны.

11. О хмелищах.

12. О принаде пташом.

13. Хто бы принады злодейским обычаем показил.

14. Устава за дерево бортное, што мает быти плачно.

15. Хто бы кому сосну пчелницу порубал або сказил.

16. Хто бы порубал або сказил сосну.

17. Цена пчолам.

18. Хто бы кому в гаи зарощоном шкоду вчинил.

Хто бы кому у гаи зарощоном которую шкоду ґвалтом умыслне вчинил або рубал, естли шляхтич шляхтичу, тогды мает ему ґвалту заплатити дванадцат рублев грошей, а шкоду оправити за воз дерева по осми грошей. А естли бы мужик мужику гаи ґвалтом порубал а шкоду вчинил, тогды мает заплатити три рубли грошей, так, яко б ему межу переорал, а шкоду оправити. А естли бы хто злодейским обычаем, а кому порубал боярину або мужику, а его бы з лицом з деревом было поймано, а лицо бы вынято, тогды мает окупати горло свое. А естли бы самого не поймано, а лицо было вынято, тогды за кождое дерево, которое бы годило ся на бервенье, яко на клеть, так и на избу, по дванадцяти грошей, а которое будет ся годити яко на оглобли, так и на дрова, – по шести грошей.

19. Хто кому сад покрадет.

20. О шацованье земли.

Теж уставуем: коли быхмо мы сами або панове-рада наши выслали шацовати именя в которой кол-век речы, тогды мают шацовати под тым способом: служба людей, десет коп грошей, земля пустовская – пят коп грошей, а пашни дворное бочка земли навозное – полкопы грошей, а не навозу – полтретядцать грошей, а сеножати на воз сена – по пятнадцати грошей, а боры и лесы, которые бы ся годили на пашню и на сеножати, мают потому ж шацовати, а пущы мают шацованы быти подлуг важности и пожитков земли, каковая земля и пуща пожиточна будет.

Роздел десятый
О именях которые в долзех и о заставы

1. Хто бы купил именье должное, а тот, хто долг мел, десет лет молчал.

Теж уставуем: иж коли бы хто купил какое дедицтво и держал с покоем заплатившы або не доплатившы, а на том жебы именьи хто бы иншый долг мел первей записаный поки еще было не продано, а молчал бы о тот долг десет лет через давность земскую а правом не искал, тот не мает того долгу на том именьи смотреть, але мает истца у своих пенязях искати. А естли бы тот истец не мел чим платити, тогды в долгу мает его за шию приняти. А естли бы о тот долг до права позвал того, который тое имение держит, давности земское не омешкавшы, тому, подлуг запису его першого, мает держанья оного дедицтва в том же долгу мети присужоно, абы тот, который в держаньи того дедицтва, тот долг мает заплатити, а тот державца, на том, в кого купил, мает ся тых пенезей и кождого накладу доискивати, а наболей естли б того долгу и инших накладов, которых колвек на себе не принял в тот час, коли тое дедицтво записал.

2. Хто бы именье чужое должное за свои долги взял.

Коли бы хто на вечност именья чиего закупного в недостатку другого о якие долги свои правом перевел, а оное бы именье за оный обой долг стояти не мог, тогды тот, который мает большую суму, так держачый, яко зыскуючый, и будет повинен другому меньшую суму отложити, а сам оное именье в обеюх сумах держати мает, аж до выкупеня через отчича, который с права останет тому именю отчиному. А естли бы тот, который болшую суму мает, будет ли мел волю, может другому за него пенези спустити або иншому могут зостати в той же суме и тые пенези розделити.

3. О долг, на чом хто присягнути мает.

Теж уставуем: иж кождый жалобник на шкоды свои, яко колвек ему вделаныи, так и долг власный, на который бы долг листы мел а стратил, а уставил бы на то годных светков, хто тые листы видел, тогды чим будет винен ему, мет тыми светки осветчити, а сам мает на том присягнути, а оный мает держано быти. А которые бы листы мел на долг, мает плачон быти. А над уставу, абы жаден шляхтич и мещанин не позычал вышей десяти коп без листу. А хто бы шляхты або хто з мещан один одному позычал вышей десяти коп без листу, а оный ему заприт, тогды право оному (не) мает допустити, одно на десет коп присягати. А што будет вышей десяти коп позычоно без листу – мает тратити.

4. Коли бы хто реч заставную в болшой суме заставил кому иншому.

5. Кождая застава давности мети не мает.

Хочем теж и уставляем: абы кождая застава давности земское не мает мети а ни тратити, иж вольно будет всякому дедину, отложивши перед правом пенези, а заставленых держаней дедицтва своего допустити, так за правом своим прирожоным так, яко колве инак набытым. А коли бы хто имене свое або иншую реч которую колвек свою заставил на рок мененый и хотел бы пенези его ему вернути, а заклад свой в него к собе взяти, а он бы пенезей своих в него брати не хотел, а ни закладу его ему поступити, а позван бы был ку праву, абы пенези свои взял, а он бы на року завитом не хотел стати, тогды жалобник положившы перед правом пенези, врад мает ему дати увязанье у имене, и каждый заклад свой з ураду держати мает. А естли бы оный, который имене або которые иные речы заставным обычаем закупил, на року позваном стал, тогды взявшы пенези свои и тое заставы, то есть заставы именя лежачого або рухомых речей, мает жалобнику поступити подлуг запису и вмовы, жадною давностью не отбываючы. А естли бы кому заставил на рок, тогды естли бы тот жив, а рок пришол, а на рок он не выкупил, тогды оный и тую заставу мает держати аж до другого року, а не мает окупати аж от року до року. Нижли естли бы тот, хто заставит, умрет своее заставы не выкупивши, а сын зостанет або ближний, тогды того року не мает смотрети, але припозвавшы мает пенези взяти а заставы поступити.

6. Рок праву о заставную реч мает быти положон завитый.

Хочем теж мети и уставляем то: иж первый рок права заложоных о кождую (заставлену річ) мает быти рок завитый под страченьем права. А от кождого часу позвом будет позван тот, который заставу держит, от того ж часу не мает болше казити именья а ни вживанья доходов, которых колве ся (не має) вступати. Што ж бы колве после положенья позву из оного именя взял, то все мает выкупаючы ему вернути. Естли бы не мог сам врадник на котором же року о выкупенье заставы быти для которое иное потребы, тогды врадник будет моцон вместо себе человека доброго на суде посадити, который будет мети суполную моц о выкупенье застав все судити и сказывати, што право которой стороне принесет.

7. Коли бы позвал тот, в кого застава, того хто ему заставил.

Коли бы справа кому о которую реч дедичную, то есть яко о долг позычоный або о реч рухомую заставленую, тот, который ку выправенью тых речей его заставленых на первом и на другом, и на третем року не стал, тот свою реч тратит. А тот, которому бы тые речи заставлены, будет моцен обернути куды хотечы.

8. Хто бы што запродал на рок под страченьем.

Теж естли бы хто заставил кому реч рухомую на рок под страченьем, а коли бы рок пришол, а тот хто заставил не выкупил, тогды тот, хто закупил, может тые речы обернути ку своей потребе на вечность.

9. Естли бы хто заставил на рок именье, а не выкупил.

Так же именье естли бы хто кому заставил на рок под страченьем, тогды естли б рок пришол, а тот хто заставил именье, на тот рок не мог выкупити, тогды тот, хто закупил, мает обослати ближних, абы ближнии тое именье окупили. Пакли бы и ближнии не могли по том обослати до году того именя окупити, тогды тот, хто закупил, вечне тое именье одержит.

10. Естли бы хто заставил на рок именье и в листе описал без року не окупати.

Естли бы теж хто кому заставил именье и написал бы в листе своем, иж мают на рок окупити, а коли на тот рок не окуплю, тогды до того ж року мает держати, ино таковые мают быти держаны подлуг запису.

11. О именья заставные на рок.

Теж уставуем: естли бы хто заставил кому именье або люди в которой суме пенезей на рок, а за ся пенезей не заплатившы, тое именье або людми, што будет заставил в него, которого отнял до року, тогды мает заплатити гвалту тому дванадцать рублев грошей, а нам господару пртивен толко ж. А колко будет до року тые люди, колко их заставил, не робили, тогды за кождый тый день мает платити навязки шесть грошей за того, который будет мети волы а клячу, а за того, который пеш будет, – мает платити три гроши. Пакли бы тот, который заставил, хотел тые люди на рок окупити, а тот, которы закупил, не хотел пенезей своих взяти а их поступити, тогды тот мает вижа з ураду, в котором повете будет, взяти и до него ехати, абы пенези свои взял. Естли ж бы он пенезей взяти не хотел, тогды тот виж тые пенези воземшы до скарбу нашего дати, а его в тые люди увезати.

12. Естли бы в люди заставные хто иншый увезал.

Роздел первый надцать
О головщины людей поутных и
мужицкие, и паробоцкие

1. На первей о головщинах путного человека и бортника.

Теж уставляем: хто бы путнаго человека або бортника забил, головщина за путнаго дванадцать рублев грошей, а за бортника – осмь рублев грошей. А хто бы бил путнаго человека або бортника, тогды путному человеку навязка три рубли грошей, а бортнику – рубль, а жонам их – совито.

2. О головщины и навезки ремеслных людей.

Золотару, органисте, пушкару, кухару, дойлиде, гафрару, ковалю, столяру, маляру, соколнику, псарцу, возницы, машталеру, мулярю, кравцу, шевцу, гафтарце, коверницы, ткали мает тым всим головщина быти яко путному слузе, дванадцать рублев грошей. Хотя бы тяглый невольный был ремесником, тогды ему тая головщина, а навезки рубль. И естли тое работы не будут вмети, тогды им головщина подле роду их: естли хто хлоп, то ему хлопье, а естли мужику – то мужицкое.

3. О бой и головщины тивунов и приставов, и иншых врадников.

Теж уставуем: тивуну и приставу, и ключнику его головщина, хто бы его во враде забил, дванадцать рублев грошей, и навезки по враде их три рубли грошей. А естли бы который тивун або пристав з ураду были выставлены, тогды им головщина и навезка яко и тяглому человеку. А естли бы паробок во враде в тивунстве або у приставництве был, головцина ему десет коп а навезки рубль грошей, до того часу поки на враде, а естли з уряду вызволены будут, тогды им головщина и навезка яко паробку.

4. О бои, головщины простых людей и парубков.

А хто бы мужика тяглого забил, тот мает платити за него головщины десет коп грошей, а за паробка невольного головщины пять коп грошей, а жонце невольной – по томуж головщины.

5. О бои и раны мужицкие и паробоцкие.

Коли бы хто мужика тяглого ранил або бил, мает его навезати полтину грошей, а жонце – рубль грошей, а паробку – полкопы грошей, а жонце – копа грошей.

6. Жид, татарин хрестьян в неволи мети не мают.

Теж уставуем: естли бы который жид або татарин которого колве стану хрестиянина купил або закупил, от того часу приказуем воеводам старостам и державцам абы того ся доведывали и каждого хрестьянина от жида або от татарина з неволи вызволяли.

А то тым обычаем: естли бы купил на вечность або в купленое жонки его родил, доросшы лет своих мает ся в него выробити за сем лет, а по семи летех мает на волю пущон быти. А естли бы жид або татарин закупил в пенезях, тогды уставуем: таковым выпуску на кождый год, як мужчизне, так и жонце, полкопы грошей, до тых часов мает ему (той) закуп служити, поки с тое сумы выробит ся. А челяд, которая дана татаром за отца нашого и продков наших, и за нас з дворы нашими, тую челед они мают держати вечне.

7. Человек волный за жадный выступ в неволю не мает взят быти.

Теж уставуем: иж человек волный за жадный выступ не мает взят быти у вечную неволю. А естли бы за который выступ выдан был в некоторой суме, тогды мает ся выробити на кождый год выступку мужику дванадцать грошей а естли им дано присевок на пожиток их. А естли бы им присевку не дал, тогды мужику на год выпуску пол-копы грошей, а жонце – дванадцать грошей. А естли бы ся им не мог выробити, жебы так у великой суме выдан был, тогды дети его мают ся выробити, выпуску им потомуж мает быти.

8. О выпусканья пенезей закупным людем.

Теж уставуем: естли бы хто закупа закупил, мужика або жонку, а сним бы не вмовил што мает (йому) присевати або пенезей выпустити, тогды мает также с пенезей отручоно быти пятнадцать грошей на лето, а жонце – десеть грошей.

9. Естли бы человек вольный або неволный, або челядин зашол за другого, а он бы не хотел права дати и сего выдати.

Теж уставуем: естли бы который человек неволный або волный, або челядин неволный за кого зашол за иного, а поведал ся волный, а оный пан, чей человек або челядин, просил в него права раз або два, а оный пан не хотел ему на него права дати, тогды таковый земенин мает притягнен быти ку праву земскому. Естли бы тот человек чий непохожий або челядин зыщен правом, иж его невольный, а на оного пана, в кого будет был человек, переведет, иж в него права просил раз и два, а он права не дал, тогды тот мает навезати оного человека або челядина от того часу, как от него втекшы в него мешкал, водле уставы тых прав.

10. Естли бы в кого челедин втек, а другий ведаючы заказ пропустил его доброволне.

Теж уставуем: стли бы от кого челядин втек, мужик або жонка невольная, а который бы ведаючы через заказ або заповедь иж то чужая челедь бежит, вказал им дорогу або хлеба дал, або их в себе переховывал, а то бы было на него переведено, тогды таковый мает тую челед отыскивати. А естли бы не отыскал, тогды мает тому, чия челядь, платити.

11. Естли бы хто сына своего або волного человека в неволю продал.

Теж уставуем: естли бы хто человека або сына своего з голоду продал в неволю або сам ся для голоду дал, таковый лист не мает держан быти, а як год* оминет, тот человек пенезей набывшы, и ему отдаст, а сам за се волен зостанет. Естли ж бы пак хто неволного своего продал або с хлеба дал кому, тогды такий вечне тому мает быти.

*Має бути – “голод”.

12. Естли бы хто в голод челед свою выгнал.

Теж уставуем: естли бы хто челед свою неволную в голод выбил з двора проч, не хотячи их переховывати, а они бы ся сами в голод перекормили, таковые вжо не мают быти невольными. А вшакже тым обычаем: иж коли хто тую свою челед выбьет, тогды ся она мает оповедати враднику в повете або враду местскому бурмистру або мещаном, иж их выбил. А тые, которым отповедают, мают обослати того, чия челед есть, естли бы их выбил проч не хотечи их кормити, тогды оная челед вжо вечне мает быти волна.

13. Невольницы мают быти четвераких причин.

Теж уставуем: иж невольницы мают быти четвераких причин: первое, которые здавна сут або з неволнных ся родят; другое – которые полоном заведены из земли неприятелское; третье – коли бы на смерть сказаны кому, окроме злодейства, а они бы просили того, кому сказаны, жебы их не губил, а давали бы ся в неволю, а он бы их не вбил, таковые в неволю мают даны быти, и дети их, которые ся будут потом родити; четвертое – коли бы ся сами в неволю поддали в тот обычай, иж хто б ведаючы жонку неволную, хотя человек волный, ее понял, тогды и сам в неволю мает быти, и дети их, будь музкого стану або женского, тым же обычаем и жонка мает быти, естли бы за невольного пошла ведаючы, тогды и сама в неволю поддает ся, и дети их.

14. К навезкам о приказ слуги.

15. О слугу неприказного, естли бы пану своему зашкодил.

Роздел вторый надцать
О грабежи и навезки

1. Естли бы хто занял або пограбил стадо королевское або князское, або панское и земянское и што з него уморил.

Теж уставуем: естли бы хто занял або пограбил стадо королевское або князское або панское, або земянское а уморил кобылу або жеребца, тогды за жеребца королевского десет коп грошей, а за кобылу – пят коп грошей. А естли бы панского стада хто жеребца або кобылу пограбил, тогды за жеребца пят коп грошей, а за кобылу – три копы грошей. А вшакже естли бы нихто жеребца королевского або земянского не торговал, тогды тая цена (як вказано вище), а естли будет хто торговал – што будет давано. А свирепа, естли бы которая в бороне не бывала або дров не воживала, тогды то мает быти плачоно, а коли которая будет в дворе робливала – тогды полтина грошей. А што ся дотычет мужиковы клячы або жеребца доморослого, полтина грошей, нижли естли бы кляча была купленая – што будет дал, то мает быти плачено або хотя бы жеребца доморослого хто будет в него торговал, а што будет давал, то мает плачоно быти за довод.

2. Хто пограбил кому стадо свирепье на своей земли або на его, або на испаши.

Естли б хто кому побрал стадо свирепе на него або на своей земли або на чией колвек грабеж, або на испашы, тот мает платити гвалт и шкоду, штобы стало тому стаду подлуг уфалы нижей написаное. Бо не мает за испаши стада брати, бы и застал на испаши, але мает то стадо отогнати до пана, чие стадо, а испаш мает обвести сторонними людми, тогды тот повинен испаш платити, чие стадо шкоду вчинило. Вшакже вызволяючы стадо кобыл, абы на испашы не были займаны, нижли быдло, кони, волы, коровы, свиньи, гуси мают займаны быти подле давнего обычая, и скоро занемшы мает обослати того пана, чие есть тое быдло, абы быдло свое на паруку взял, а о испаш на копу шол. И што копа на испаши шкоду присудят, тот пан, чие быдло на испаши занято, на обосланье того, кому испаш стала, быдла своего брати на паруку и на копу ити не хотел, тогды тот, хто займет, мает обвести тую испаш людми добрыми стороною, и што тая сторона шкоды окопует, он мает в той шкоде своей оставити того быдла одно або двое, штоб за шкоду его стало, а достол отогнати до того пана, чие быдло есть.

3. Хто бы под шляхтичом або под шляхтянкою грабеж учинил.

Теж уставуем: хто бы под шляхтичем або под шляхтянкою гробеж учинил, кони побрал або в костела, або на торгу, або на поли, або в бору, хотя бы бою жадного не вчинил, абы она парсона не была при кони, або слуги, або перед слугою взял коня, або з воза выпрег, хотя бы оная парсона притом не была, а было бы переведено слушным доводом, тогды оный, который грабил, мает оправити то ему, якобы раны шляхтичу або шляхтянце – дванадцать рублев грошей.

4. О грабеж коня панского и дворанского, и шляхецского.

Панского, шляхетского, дворанского коня от кождого грабежу безврадного вызволяем. А естли бы хто без враду в князя або у пана пограбил, таковый мает коня конем навезати.

5. Хто чиего человека пограбил.

Теж естли бы шляхтич чиих мужиков на торгу або при церкви, або на поли, або где колвек пограбил кони або животину на поли побрал в грабеж, а оный, кому ся грабеж стал, втек ся до права и на то довод учинил, иж (він) его пограбил, тогды первей мает сказати права тому три рубли навезати, а грабеж вернути, тож тепер мает на оном, чего ему потреба, искати. А естли бы он, кого пограбил, не стерпял и не доходячи правом а против пограбил, тогды тот, хто грабеж за грабеж чинит, тот свою навезку тратит, а тому, кого пограбил, мает грабеж вернути и навезати. А естли бы теж чий человек также чиего чиего человека пограбил, тогды мает навезати грабеж яко так и быдло по неделям подле давнего обычая.

6. Навезка мужику и жонце.

Теж уставуем: навезки на кождую реч, што мает быти плачоно. Напервей мужику навезки: хто чиего мужика паймает а в себе держит, полтина грошей, а жонце – рубль грошей, а паробку полкопы грошей, а неволной жонце – копа грошей.

7. Навязка на челед неволную.

А естли б кому челед втекла а заповедал бы колко о той челяди перейма, и пошол за нею в погоню, а в кого бы ее знашол, тогды мает тому, в кого челядь знашол, переем дати, с чого будет заповедал. А естли бы без заповеди и переема в кого тую челед нашол, а тот бы ему не хотел тое челеди его без позему выдати, а взял на нем позем гвалтом, а потом о то до права позван, тогды тот, хто взял, за тот позем повинен платити яко за гвалт – дванадцать рублев грошей. А естли бы пак хто чию челед ховал в себе, а (той) поколку крот закликал оповедаючы ее, а потом бы тот, чия челед, в колку неделях тую челед свою в него нашол, тогды ему мает за страву толко от кождого челедина дати – на неделю по грошу.

8. Хто бы чию челед выкрал або вывел[9].

Теж уставуем: естли бы хто вывел або выкрал чиего человека албо челедина, а погонен был на дорозе и пойман с тым человеком або челедю, тогды мает с тым лицом веден быти до враду нашего, где наближей будет, а врад мает ему справедливость вчинити. И естли ся оный знати к тому не будет абы тую челед выкрадал, тогды оный, хто его поймает с тою челедью, мает каран быти яко злодей, а челед мает тому верена быти, чия была. Паклиж на дорозе погонити не мог, а в дому чием застал, тогды мает тот пан, у чиего человека тую челедь застал, справедливость вчинити, и тая челядь мает выдана быти ему з навезкою, а тот пред ся, хто ее вывел, мает каран быти яко злодей.

[9]У Дз. і Фірл. сп. цей арт. відсутній.

9. Навезка на волы, коровы и иншое быдло.

А хто в кого украл вола або корову, свиню або вепра, або овцу, або козу, ино тому цена за вола пятдесят грошей, за корову – по сороку грошей, за вепра – полкопы грошей, за теля – дванадцат грошей, за свинью – петнадцать грошей, за порося – три гроши, за ягне – три грошы, за подсвинка – шесть грошей, за кнороза – полкопы грошей. А хто бы в кого пограбил с тых скота, а што бы умерло, тогды мает з навезкою реч платити.

10. Цена збожу уставлена[10].

Теж уставляем цену збожю, хто бы побрал або зостал винен, яко мает платити: пшеницы копа, дванадцать грошей, жита копа – десет грошей, ячменю копа – шест грошей, овса копа – чотыры грошы, гречихы копа – чотыри гроши, ярицы копа – осм грошей.

[10]У Дз. і Фірл. сп. цей арт. відсутній.

11. О мещанех, иж не мают на торгу земян грабити.

Теж уставуем: иж мещане и подданые наши о долги свои, якии колвек не мают селан а ни теж чиих духовных светских, в месте (грабити) на торгу заповедати, а ни тым собе на них справедливости доводити, але о тые долги с тыми виноватыми в панов их и з нашими подданными в наших врадников будут повинни справедливости доходити. Врадники панские мают им справедливость чинити. А естли бы хто пограбил не доводечи права, тогды мает дати вины господарю королю его милости три рубли, а стороне – три рубли грошей.

12. Цена птахам ловчим.

Теж уставуем: хто бы кому вкрал сокола, кречета и болобана, ястреба великого, чеглея або ястребчика малого, або дремлю, за тым цена нижей написана: за кречета красного, дванадцать рублев грошей, за белого кречета – десет рублев грошей, а за серого кречета –шесть рублев грошей, за сокола – дванадцать рублев грошей, за ястреба – шесть рублев грошей, за чеглея – три рубли грошей, за ястребца – рубль грошей, за дремлюга – рубль грошей.

13. Цена птахом домовым.

За гусь, три гроши, за каплуна – шесть грошей, за курицу – шесть грошей, за утку – два гроши, за селезня – грош, за голуба – грош. А естли бы хто круговую утку украл, што на крузе седят, дванадцать коп, за паву, хто украдет, – три копы грошей, а за лебедя домоваго – хтобы также вбил або вкрал, – десет коп грошей.

14. Цена собакам.

Теж уставуем цену собакам: хто бы кому следника або брешника вкрал або забил, дванадцать коп грошей, а за хорта – пят коп грошей, за курча – десет коп грошей, а за огара – три копы грошей, за меделянского пса – дванадцать рублев грошей, а за осочного пса – дванадцать рублей гршей, а за щайку – три копы грошей, а за подстреленого пса – десет коп горошей.

15. Естли бы пес непривязаный кого уел.

16. Естли бы хто мел пса або быдла, которые бы мели шкоду людем чинити.

Роздел третий надцать остаточный
О злодействе

1. О паробки где покрадут.

Естли где паробки крадут в околицу, а з лицом их поймают, которое лицо будет стояти полтину грошей, тогды мает каран быти яко злодей. А естли ж полтины лицо стояти не будет, тогды мает з бонды его шкода плачона быти або лицо вернути, а з навязку пугами бити. А повторе естли вкрадет, хотя десети грошей стояти не будет, а з лицом поймают, тогды вжо его на шибеницю выдати мает.

2. Которым обычаем заставати мает лицо або след в чием дому.

Теж уставуем: естли бы кому сок вел або за лицом следом пришол в тий дом, а не мог мети вижа от того пана чий человек або от повету, тогды мает при той стороне трести дом. А естли бы знашол лицо, тогды мает вести того человека з лицом до того враду, чий есть человек. А естли бы его отбили от лица або от свежего следу, а он то переведет тыми ж стороними людми, тогды таковый мает шкоду платити на чом присягнет и вину злодейскую три рубли грошей, естли шляхтич отобьет, а собе злодея искати.

3. Еестли бы хто не дал речей краденых або от лица был.

Пакли бы хто не дал трести а искати речей краденых або от лица отбил, а оный бы на то стороними людми перевел, с которыми трести пришол дому его, тогды буд на шляхтича або на простаго человека, на чом шкодный на своих шкодах присегнет, тот (те) мает платити и бой оправити водлуг стану их, кого будет бито.

4. Естли ж чыего человека поимано з лицом, того мает вести до его пана.

Теж естли бы у именьи княжском и в панском, и земянском человека (його) з лицем поимано, тогды тот человек мает веден быти до его пана. Нижли естли бы чыи человек был поиман на обчом торгу з лицом або на чием чужом именьи, тот человек мает веден быти до того пана чии торг або до его врадника, а тот пан оное лицо взяти на свой двор, а того человека мает у свою казнь осадити и до именья обослати оного, чий человек. Раз и три тот пан мает прислати за тым человеком своим вижа, перед которым мает оный пан, в кого человек, справедливость чинити. Естли бы оный пан, чий человек, на три обсыланя за тым человеком своим до оного пана, в чием торгу тот человек есть поиман, вижа своего не прислал, тогды тот пан мает подле себе сторону людей добрых посадивши тому справедливость наконец вчинити.

5. Хто бы в кого лицо застал, мает вести до того пана а просити с ним справедливости.

Коли бы хто лицо своее речы краденое в чиего слуги або у подданого застал, так на дедизне его, яко де инде колве, тогды такового человека мает вести до пана его а просити з ним справедливости. А естли бы ему сараведливость не вчинена, тогды тот, при чием человеце лицо застанет, будет повинен о то перед судом нашим поставити. А естли бы оный злодей втек з рук его або оное лицо стратил, а перед судом не поставил а лица не положил, тогды будет повинен оному шкоду заплатити на чом оный присегнет або слушный довод учинит, што ему будет при оном лицу згинуло.

И теж коли бы што в кого украдено, а видит ся ему шкода от которого села, а шкодника своего не ведает, тогды мает просити права в том селе а дал о том всему селу вину, тогды три мужи из оного села, которых он оберет, мают присегнути, як в том селе шкодника его не ведают. А пакли бы на тое не присегнули, тогды оное село оную шкоду всю тому шкодному мает платити, а собе злодея искати.

6. Хто бы злодея лицованого в себе в дому ховал або ведал о нем, або от шибеницы откупил.

Теж уставуем: иж коли бы хто злодея лицованого у своем имени ведоме его ховал або мешкати допустил, або злодея явного от шибеницы своими пенязми откупил, тогды таковый кождый, естли бы то на него слушным доводом переведено, которая бы ся через того злодея которому з именя его стала, усим, которым надобе, будет повинен оправовати.

7. Хто бы шляхтича первый раз обвинил перед правом.

Теж уставляем: иж коли бы который шляхтич о злодейство без лица обвинен первый раз перед правом, тогды таковый, естли лица при нем не застанут, мает присягоюсвоею телесною невинность свою очищати.

8. Теж естли другий раз того ж шляхтича без лица было обвинено.

Естли бы тоже шляхтич другий раз о злодейство так же беж лица был обвинен, тогды вжо сам собе ровными шляхтичы доброе славы присегою своею телесною мает ся очищати.

9. Коли бы тот же шляхтич без лица о злодейство обвинен был третий раз перед правом.

Коли бы бы третий раз тот же шляхтич без лица о злодейство обвинен был, тогды сам семь, то есть з шестма шляхтичов собе во чсти захованых, присягою своею и их телесгою, мают с того ся выправити, а за четвертым обвиненьем таковый кождый мает быти обешон злодейским обычаем.

10. Колиб мужик мужику клеть выкрал, чим мает быти каран.

Теж уставуем: иж коли бы мужик мужику клет выкрал, а найдено бы лицо, тогды при лицы мужик на чом присегнет, то мает заплатити, а за навезку – мает висети. А естли бы шляхтичу свирен покраден с спижными речми, тогды мает плачоно быти дванадцат рублев грошей, а вины до скарбу господарского – только ж. А естли бы покрадена клеть з скарбными речми, тогды при лицу, на чем шляхтич присегнет, то мает плачено быти, а вину нам господару – противня, а навязку – злодей на шибем.

11. Коли бы лице в чией хоромине за замком знайдено было.

Коли бы лицо в чией хоромине за замком знайдено, а в той хоромине окно будет, которым оное лицо могло быти укинено, а тое лицо не будет прихоронено, то не есть злодейство. А коли в чием дворе за плотом або в гумне найдено было таковое, таковое лицо не мает быти сужено за злодейство.

12. Коли бы злодея на злодействе поймано было.

Который бы злодей на его злодействе пойман был, окром дому его, а реч краденая в дому его не была застата, такого жона и дети, и челядь от таковых злочинств прожни, а сам злодей мает висети.

13. Коли на кого знаки слушные пописаны будут.

Коли бы на которого человека подозренрго знаки злодейские пописаны, а тые знаки были бы слушны, а топорста будет человек добрый, таковый человек мает быти на мученье выдан.

14. Трикрот злодея приличного одного дня мает мучити.

Злодея приличного мает мучити три разы одного дня, а ничим не охромити. А не домучит ли ся на нем злодейства, тогды тот, который дал его мучити, мает его навязывати, колко крот будет мучити, за кождую муку – полтина грошей. А естли бы уморил мучачи, а не домучал ся ничего, мает за него головщину платити, какий будет человек. А естли бы оный человек в оной муце чары маючы муки не чул, а в том якобы спал, тогды, на том тот истец на шкодах своих присягнет, мает тому платити.

15. Естли бы разбойники або злодеи на чии люди были пойманы, а волали на кого абы ся делит з ним.

А естли бы разбойники або злодеи, чии люди были пойманы и перед право приведены, а поволали на наместника своего, иж он з ними розбивая або их переховывая а оным ся лупежством делил и на потом бы померли, а того перед смертию не отволали, а так бы ся придало, иж бы других злодеев поймано, а тые на того ж бы поволали, и теж на потом бы померли не отволаючи, и по третий раз были вжо пойманы и на того ж поволали, и на смерть идучи так же не отволали, тогды таковый человек без лица мает быти каран яко злодей.

16. Естли бы шляхтич поволал на чиего человека о злодействе.

Теж уставуем: иж который врожоный шляхтич в чием имени на котораго человека злодейство помовил рекучи тым обычаем: “Ведаю добре, иж тот человек твой – злодей”. “А от него маю тую шкоду”, там же менити будет, тогды с таковым человеком обвиненым мает быти дано право. А тот, который его винил, естли бы на мел на него слушного доводу, тогды мает его присегою телесною самтретей присегнути, а тем мают судьи ему сказати водле выступу его.

17. У кого бы лицо застало.

Коли бы тот, в кого лицо зостало, шляхтич або шляхтичу будучи менену заводцою, от которого тое речы краденое достал або менил борышники, которые тому сведоми, а были в той земли в которой ся пригодило, мает ставити (їх) перед врадом нашим, а тым невинность свою очищати, тогды неповинность свою очистит а пенези свои тратит. А пакли бы не ставил, тогды оному шкодному шкоду мает платити з навезкою, а тое лицо до врадника нашего приведено бы або принесено, то мает у дворе нашом остати, нижли бы тот виноватый тое лицо во врадника нашего ценою выкупил.

18. Хто о реч краденою перед врадом обвинен был.

Коли бы хто с подданых наших которого колве враду о якую реч краденою перед врадом обвинен был, а тот, хто бы купил, заводцы бы а ни бырышников не мел, але ся добрыми людми годными веры высвечил, иж тую реч на волном торгу або на войне, або на ярмарку явно купил, таковый оное лицо, которое в него застало оному, чие было, мает вернути, а пенези свои тратит.

19. Хто бы ся доискивал, поведал при том лицы много покрадено.

20. Хто бы злодея при злочинстве забил.

Теж уставуем: естли бы злодей вшол в чий дом красти, а оного бы злодея застали и хотели поимати, а он бы ся поимати не дал и боронил ся, а они бы его тут при злодействе забили, тогды назавтрие ж тот, хто его забил, воземшы сторону околичных суседов, мает то обвести и послати тую ж сторону до того пана, чий есть человек, а естли бы близко был и оповедити ему иж человека твоего забито при злодействе, а не будет его самого ино его наместнику, иж бы послал по того человека або сам ехавшы огледел. А пакли бы не было того пана, чий человек забит близко именя, тогды мает с тыми ж людми стороними того человека до двора господарского повезти и вряду того оповедати. И естли бы то он оповедит, а оный пан, чий человек, хотел искати головщины, таковый головщину не платит.

21. Хто бы злодея ранил при злодействе у своем дому.

Естли бы хто злодея ранил при злодействе у своем дому, тогды его мает повести з лицом, што украл будет, до того пана, чий есть человек. А етли бы оный пан был далеко, тогды мает вести до двора господарского з лицом, который будет ближшы, и то враду оповедати. А естли бы оного ранного человека не вел до его пана, чий есть человек, а ни до двора господарского, а держал бы в себе три дни, а он бы в его дому вмер, таковый головщину платит.

22. На которого человека знаки будут пописаны и не даст ся мучити.

А коли бы на которого человека подозреного знаки злодейские пописаны, а он бы ся к тому не знал а ни ся о том не дал мучити и хотел то заплатити, чого на нем ищет,таковому мает быти дано на заплату, а он собе нехай ищет на ком хочет. А мает ся окупати и не дати себе мучити до дву раз, а за третим разом мают его вжо такими знаки обесити.

23. Хто бы што вкрал на дворе господарским.

А хто бы што украл на дворе господарским, што бы стояло меньше полукопья, которая бы реч не о шыю пришла, а то бы на него переведено або вынято, таковому мают ушы обрезати.

24. О блудяги.

Княжата и панове, которые не седят в поветах, о блудное мают ся заховати водле давного обычая: нижли мают брати от клячи по шест грошей, а быдло мают даром отдавати. А шляхта, которые седят в поветех, блудные клячы и быдло мают водити и давати до дворов наших; а через три дни блудягу в себе ховал, а к двору нашему не дал, а на то будет на него доведено, тогды мает винен быти яко злодей. А хто зженет от коней злодея, тогды з одного мает быти дано враднику нашему шесть грошей, а тому, хто зженет, шесть грошей.

25. На которого бы человека знаки были пописаны.

Теж уставуем: естли бы на которого человека подозреного знаки злодейские пописаны были, а он перед тым у злодействе от околицы поволан был або за то платеж чинил, або в книгах чорных написан был, а то простой будет ли человек добрый, таковый человек мает на муку выдан быти.

Естли ж бы на которого человека неподозреного знаки злодейские пописаны были, а он не был в жадном подозреньи и в поволаньи от околичных суседов и платежу жадного за злодейство не чинил, таковый человек, бы и добре знаки слушные на него были пописаны, не мает на муку выдан быти. Нижли тот, в кого што украдено будет, мает просоку на лицо давати, и в кого лицо застанет, а он доводу слушного не вчинит, таковый всю шкоду оправовати будет повинен. А естли ж бы тот, в кого лицо застато, поведил иж тую реч краденую купил и борышников на то дал, а тые борошники сознают, иж он перед ними то купил, тогды он толко пенези свои тратит, а тое лицо тому мает вернути, в кого згинуло. А естли бы борышники, которые он жаловати будет, того по нем не сознали, абы он тую реч краденую перед ними купил, а он иншого доводу на тых борышников не будет мети, чим ся вывести, тогды он мает быти каран яко злодей. А хотя бы потом на тых борышников будучи в муце албо идучи на шибеницу волал, абы они тую реч весполок с ним крали, тогды то им не мает шкодити, иж он в том первей крыл.

И теж естли бы кому было злодея выдано, а оный бы его на платеж пустил, а подле выступу его скарати не дал, а оный злодей выпущоный, потом кому колве шкоды чинил, тогды тот, который его выпустил, повинен кождому будет шкоду платити, иж злодея скарати не дал.

26. Хто мает трести чый дом котоорым обычаем.

Теж уставуем: естли хто мает трести чый дом будучи сведом або теж через соков доведавши ся лица абы в дому чием в коморе або в погребе найдено, тогды не сам истец, кому шкода, але стороннего человека осмотревшы абы ничого в него не было, мает послано быти абы лица смотрел. И естли найдет альбо на серед избы альбо под окном, тогды мает обьявити, а подле того сознаня мает сказано быти.

27. Если в дому лицо застато будет, а жона будет вживала тых речей краденых.

Естли бы в дому лицо застато, дети и жона при том были, а тых речей краденых вживали, тогды они повинни будут тую шкоду платити и сами головами своими выданы быти, нижли не у вечную неволю але поколя ся выробят, и мает им выпуск быти, яко и тым, которые бы закуплены были, а горлом тот сам мает каран быти, яко злодей, который крал.

28. Естли бы лицо важное понесено до двора чиего, а не будет чим з дому злодеева заплатити, мает вернено быти.

К тому уставуем: естли бы лицо было принесено до двора нашего або князского и панского, а было бы лицо реч важная албо шаты, або сребро, або кони добрые, а того злодея маетность не змогла бы чым з дому его шкодному заплатити, тогды таковые лицо важное з двора нашего также и князского, и панского мает даром вернено быти тому, чые будет, а тот злодей на шибеницу, в кого тое лицо застато будет.

____________
//gulevich.net/statiy.files/1_statut_1529.htm
leksika.com.ua/15530910/legal/statuti_velikogo_knyazivstva_litovskogo


Zygmunt I Stary.
Miniatura, 1555
Zygmunt I Stary (1467-1548) - z Bożej łaski król Polski, ziemi krakowskiej, sandomierskiej, łęczyckiej, sieradzkiej, Kujaw, wielki książę Litwy, pan i dziedzic Rusi, Prus, Chełmna, Elbląga i Pomorza, książę mazowiecki (1506-1548).

Сигізмунд I Старий (лит. Žygimantas, біл. Жыгімонт; 1467-1548) - з Божої ласки король Польщі, землі краківської, сандомирської, ленчицької, серадзької, Куявії, великий князь Литви, пан і дідич Русі, Прусії, Хелмна, Ельблонга і Помор’я, князь мазовецький (1506-1548). 

П'ятий син Казимира ІV Ягайловича (Ягеллончика) та Ежбети Габсбург, онук Владислава ІІ Ягайла (Ягелло). Помер у Кракові.

Сигізмунд І «успішно» продовжив справу свого батька Казимира ІV - посилення королівської вдади, зокрема, через «наїзди» на права українських та литвинських магнатів - ліквідацію будь-яких проявів удільності. Останні, у свою чергу, продовжили «виїзди» (разом із своїми землями) під руку Великого Московського князя.

Тож розпочаті ще Казимиром IV «прикордонні» війни з Московією продовжувалися і за його сина Сигізмунда І (1507-1508, 1512-1522, 1534-1537). За результатом нових литовсько-русько — московсько-руських війн Литва втратила Смоленськ, Сабеж і Заволоччя на користь Москви (див. Казимир ІV, Сигізмунд ІІ, Ян ІІСтаніслав ІІ).

У 1508 Сигізмунд I придушив національно-визвольне повстання під проводом князя Михайла Глинського - «останню конвульсію руської знаті в польсько-литовській монархії перед остаточним поглинанням цього суспільного елементу польською та литовською знаттю, що сталося після Люблінської унії».

Мацей (Матвій) Стрийковський пише: «Василь Глинський намовляв руську шляхту й бояр, аби добровільно пристали до його брата, що постановив - і в тім йому поможе Бог, що на те його подвигнув! - відібрати В[елике] князівство з рук Литви й вернути Руси, як перед тим бувало споконвіку, та відновити Київську державу; тими обіцянками він звів дуже багато київських бояр, так що декотрі йому й присягали».

Сигізмунд І Старий з королевою 
Боною у Низькому замку Львова 
в час «кокошої війни» 1557. 
Худ. Г.Родаковський
За Сигізмунда І була отримана перемога у війні з Тевтонським орденом (1519-1521), остаточно приєднана до Польщі Мазовія (1526). Проголошені «Права писані…» - перший Статут Великого князівства Литовського (в подальшому названий – старим; 1529). Зроблені перші спроби створення реєстрового козацтва.

Внаслідок «війни кокоша» (війни півнів) - рокоша (заколота) шляхти в Руському воєводстві у 1537 - Сигізмунд І у Низькому замку Львова сам упокорився перед шляхтою... Довге правління Сигізмунда І Старого назвали «золотим віком» польської корони.

____________
//uk.wikipedia.org/wiki/Сигізмунд_І_Старий
//pl.wikipedia.org/wiki/Zygmunt_I_Stary
//ru.wikipedia.org/wiki/Сигизмунд_I
//uk.wikipedia.org/wiki/Заколот_Глинських
//uk.wikipedia.org/wiki/Війна_кокоша
//uk.wikipedia.org/wiki/Ягеллони
//lt.wikipedia.org/wiki/Žygimantas_Senasis
//uk.wikipedia.org/wiki/Carta_Marina

Зібрання малоросійських прав 1807-р 
Народна Конституція Речі Посполитої 1791-р 
Права, за якими судиться малоросійський народ 1743 
Вивід прав України (Пилипа Орлика) 1712 
Пакти та Конституції законів свобод Війська Запорозького (Конституція Пилипа Орлика) 1710 
Комісія Гадяцька (Річ Посполита Трьох Народів) 1658 
Порядок шкільний. Статут ставропігійної школи у Львові 1586 
Другий (Волинський) Статут Великого князівства Литовського 1566 
Лист (судебник) великого князя Казимира Ягайловича 1468 
Правда Руська 1019-1051

Carta Marina, 1539 (Карта Маріна із Сигізмундом І Старим)
Польща і Литва у 1526 р.

Немає коментарів: