вівторок, 28 червня 2011 р.

Мы и Конституция: 20 лет порознь


В название статьи отнюдь не закралось опечатки. 
Просто я убежден, что конституционная история Украины ведет своё летоисчисление не с 28 июня 1996 года, дня принятия ныне действующей Конституции Украины – а с 1 декабря 1991 года, момента утверждения на общенациональном референдуме Декларации о государственном суверенитете Украины.

Ведь не стоит упускать из виду, что Акт провозглашения независимости Украины одновременно стал актом осуществления этой Декларации, которая по своему правовому содержанию, собственно, и составляла его основополагающую смысловую часть.

Правда, в день своего официального провозглашения, 16 июля 1990-го, она скорее напоминала клон Декларации о государственном суверенитете РСФСР от 12 июня 1990 года. Но с момента всенародного утверждения, Декларация из акта о благих намерениях обрела конституционный статус учредительного договора между гражданами Украины о построении правового государства.

О последнем со всей определенностью свидетельствует её преамбула. В ней провозглашается воля народа Украины на всестороннее обеспечение прав и свобод человека, необходимость построения правовой державы. А далее также и на утверждение приоритета общепризнанных норм международного права над нормами внутригосударственного законодательства.

Не вызывает сомнений, что первое место в сонме этих приоритетов должна была занять Всеобщая декларация прав человека, провозглашенная ООН в 1948 году. Это послужило хоть и запоздалым, но всё же – признанием вины перед международным сообществом. Вины за то, что официальная делегация УССР была в числе тех немногих, которые воздержались на пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН от голосования за принятие этого воистину общечеловеческого Билля о правах.

Таким образом, 1 декабря 1991 года, посредством Декларации, граждане УССР определили конституционный строй Украины. То есть, реализовали свою первоначальную учредительную власть.

Несомненно, что с таким правовым содержанием и уровнем легитимности Декларация по своей юридической силе обрела статус Основного закона Украины, с которым и близко не могла конкурировать принятая ещё в 1978 году советским псевдо-парламентом Конституция УССР.

Что же помешало народу, который в самой что ни на есть демократической форме определил конституционный строй и учредил суверенное государство, начать осуществлять вожделенное самоуправление?

Что помешало воспользоваться основными правами человека? Приступить к созиданию гражданского общества и построению правовой державы?

Приватизация бывшей общенародной собственности – вот ключевое понятие. "Прихватизация" спутала все карты, а в конечном итоге и предопределила драматическую судьбу народа Украины.

Определяющую роль в цепи всех последующих событий сыграло то, в чьих руках оказалось государство.

А оно всецело осталось в цепких руках бывшей советской украинской номенклатуры. Тем самым, в их же руках оказался ключ и к бывшей общенародной собственности.

Очень выразительную характеристику той эпохе дал доктор экономических наук, экс-мэр Москвы Гавриил Попов: 
Бюрократия пошла на сосуществование с частным сектором. Но не в виде многомиллионного лагеря малого и среднего бизнеса, требующего демократии, а в виде сверхкрупных собственников — олигархов, особенно близких по духу номенклатуре. С ними ей проще было договариваться. С ними можно было явно или тайно входить в долю. Объектом дележа сделали самые "лакомые" куски социалистической собственности — прежде всего добычу вывозимого на мировые рынки сырья.
Иными словами, хотя номинальным учредителем государства и собственником национального достояния продолжал числиться народ – реальным распорядителем и того, и другого оказалась бывшая советская украинская номенклатура. В лице парламента.

А способствовало этому, на первый взгляд, одно мало примечательное положение в разделе II указанной Декларации, под высокопарным наименованием "Народовластие": "От имени всего народа может выступать исключительно Верховная Рада Украинской ССР".

Тем самым, сей лукавый орган наделил себя исключительным правом принимать новую Конституцию Украины. Или, наоборот, до поры до времени сохранять старую.

С принятием новой, как известно, он не спешил.

Но зато не терял время в вопросах приватизации бывшей общенародной собственности. Здесь он дебютировал в двойной ипостаси: как автора соответствующих законов, так и активного участника этого беспримерного в истории процесса ограбления собственного народа.

Именно поэтому новая Конституция Украины была принята одной из последних, по сравнению с другими республиками бывшего СССР. В этот момент процесс приватизации по отношению к народу принял уже необратимый характер, а её итоги должны были обрести благопристойную форму конституционного права частной собственности.

Иными словами, Конституция Украины 1996 года призвана была придать легитимность всему процессу конфискации общенародной собственности в пользу узкого круга лиц.

Кто же они, новоявленные хозяева бывшей общенародной собственности и бывшего общенародного государства, на территории отдельно взятой советской республики?

Ответ на сей вопрос дал один из идеологов приватизации, прокатившейся разрушительным цунами, практически, по всему постсоветскому пространству.

В частности, в одном из своих интервью небезызвестный Анатолий Чубайс откровенно заявил: 
В чем политическая конструкция? Мы отдали собственность тем, кто был к ней ближе. Бандиты, секретари обкомов, директора заводов. Они ее и получили... Мы признавали, что приватизация дала собственность тем, кто наиболее влиятелен, что и определило ее несправедливость, но при этом мы отдали ее легитимным путем, а легитимность идет от государства.
Иными словами, имело место "легитимное" ограбление народа при помощи государства, которое, вместе со всей остальной собственностью, оказалось втянутым в безжалостную воронку приватизации.

По сути, к 1996 году мы имели дело уже с приватизированным государством.

Или, как его справедливо ныне именуют – квазигосударством. Поэтому не приходится удивляться, что Конституция, принятая таким государством, в части прав человека изначально оказалась фиктивной.

Если, одобряя Декларацию о государственном суверенитете Украины, народ был полон надежд стать хозяином своей собственности и державы, то принятая парламентом Конституция, оставила его, по сути, без собственности. Без государства. И без малейшей надежды на цивилизованное будущее.

Более того, приватизированное государство безжалостно обрекло на вымирание и эмиграцию значительное число наших соотечественников.

Вот почему народ и Конституция все эти годы существуют как бы в параллельных мирах, не пересекаясь. И практически не влияя на судьбу друг друга.

В канун грядущего праздника мы очередной раз задаемся вопросом: что делать? Разброс мнений на сей счёт невероятно широк: от безумно-радикальных до разумно-умеренных. Но, как бы там ни было, опыт прожитых лет, выпавшие на нашу долю злоключения, плачевное положение вещей подсказывают: необходимо продолжить славное дело, начатое 1 декабря 1991 года, памятуя старую добрую испанскую пословицу: 
Путник! Дорог не существует. Дороги творит идущий.
Если же мы и ныне откажемся от роли творца своей Конституции и своего государства – то праздник "День Конституции Украины" и впредь будем встречать со слезами на глазах.

Посему самый раз вспомнить строки Булата Окуджавы:
Возьмемся за руки, друзья, Возьмемся за руки, друзья, Чтоб не пропасть поодиночке… Возьмемся за руки, ей-Богу.
С надеждой на лучшее: с праздником, дорогие соотечественники!

Александр Мучник, 28 июня 2011 г., специально для УП

Немає коментарів: